— Да? Нет, нет, я никуда не бегала! Тут я была, дом рассматривала. Не хотелось слушать сплетни, знаешь ли.

Эстелла фыркнула. О, да, местные кумушки сегодня ей все кости перемыли. Наверное, бабушка от их бреда и сбежала. И всё от того, что у неё самое красивое платье на балу. Ну не могут люди завидовать молча!

Спустя пятнадцать минут, Эстелла, Берта и Мисолина вышли из гостеприимного каменного домика, утопающего в зарослях диких орхидей — любимых цветов Амарилис, и оглядывались по сторонам, ища свободный экипаж.

— Боже, какая ж темень! — всплеснула руками бабушка. — Как же мы, три одинокие женщины, поедем по такой темнотище? Нас ведь и убить могут! Столько случаев, когда на экипажи нападают грабители.

— Нет, я не поеду! Нам нужен сопровождающий, — захныкала Мисолина. — Я боюсь темноты и боюсь грабителей. Давайте подождём маму и Арсиеро. Или дядю Эстебана. Бал ещё не закончился. Зачем мы так рано уходим?

— Рано? Уже час ночи! — возмутилась Эстелла. — Подумаешь, грабители, я хочу спать!

— Дамы, вы не заблудились? Позвольте вам помочь, — раздался мужской голос позади.

Эстелла закатила глаза — это был маркиз Маурисио Рейес.

— О, весьма великодушно с вашей стороны было бы нам помочь, — жеманно протянула Берта, с любопытством разглядывая молодого человека. — Мы никак не можем найти свободный экипаж.

— А что ж, столь прекрасные дамы совсем одни поедут по такой темноте? Как можно? — недоумевал Маурисио.

— А что вы прикажете нам делать, маркиз? — не очень-то вежливо спросила Эстелла.

— Ах, сеньорита Эстелла, это вы? Какая неожиданность! — Маурисио как-то неумело изобразил удивление.

Эстелла вздёрнула бровь. Конечно, так она и поверила, что он подошёл помочь одиноким дамам! Наверняка решил продолжить знакомство. От внимания Эстеллы также не ускользнуло: в светло-голубых глазах Мисолины впервые светилась не злость, а что-то иное. Она глупо улыбалась, глядя маркизу в рот.

Маурисио, отыскав свободный экипаж, помог всем троим дамам забраться внутрь и сел с ними. Кучер тронул вожжи, и экипаж растворился в ночной тьме.

К вечеру следующего дня Данте уже готов был выть и бросаться с кулаками на стены. Какое-то странное, щемящее чувство в груди не покидало его с момента прочтения письма. Юношу насторожило его содержание, да и подружка Эстеллы категорически не понравилась. Данте сделал вывод, что доверять этой особе нельзя.

Кукушка в часах прокуковала полночь, и терпение у Данте лопнуло. Нет, он больше не может сидеть и ждать! Неизвестность невыносима. Он должен поговорить с Эстеллой, должен её увидеть, иначе умрёт. Так что прямо сейчас он пойдёт к её дому.

К часу ночи Данте, миновав Бульвар Конституции, бесшумно перемахнул через забор белоснежного особняка, пробрался в сад и спрятался за акациями. Чуткий слух юноши уловил мелодичное пение — на одном из кустиков сидела малюсенькая желтовато-бурая птичка-печник. Огни в доме были погашены. Некоторое время юноша всматривался в пустоту окон, потом решился и бросил в эстеллину ставню камушек. Никто не отозвался. Он бросил второй камушек, побольше, — ноль реакции. Тогда Данте, повторяя музыкальную трель бурой птички, посвистел. Ответа не последовало. Данте разозлился и свистнул громче — и вновь тщетно.

В отчаянии Данте решил забраться к Эстелле на балкон. Уже вылез из кустов и прокрался немного вперёд, как вдруг — ЦОК-ЦОК-ЦОК — послышался стук копыт. Данте, шмыгнув к первым попавшимся акациям, оказался между балконом Эстеллы и входной дверью. Затаился, стараясь не дышать.

К воротам подъехал экипаж. Из него вышел молодой человек во фраке. Голову мужчины венчала элегантная шляпа, в руке он держал трость. Спрыгнув с подножки, он протянул руку и помог выбраться из экипажа двум девушкам и немолодой полной сеньоре. Данте узнал женщин — то были Эстелла, её белокурая сестра и их бабушка. Мужчину же он видел впервые. Все четверо вошли в калитку. Берта, открыв дверь, потянула Мисолину с собой. Та не посмела перечить, с недовольным лицом входя в дом. Эстелла скользнула было за ними, но молодой человек удержал её:

— Постойте, Эстелла...

Они остановились напротив кустов, за которыми прятался Данте. Теперь, в свете горящих на козырьке дома фонарей, юноша внимательнее разглядел их. Эстелла была необыкновенно хороша: алое платье, усыпанное рубинами, алмазная тиара на локонах, ажурные перчатки на изящных ручках. Молодой человек, вероятно, был богат, хорошо воспитан и недурён собой.

— Что вы хотите, маркиз?

— Эстелла, я хочу сказать, что я рад, я так рад нашему знакомству, вы и представить себе не можете! Знаете, я бы хотел, чтобы вы всерьёз подумали о продолжении нашего общения. У меня есть земли и деньги, я уже говорил, я могу обеспечить вам достойную жизнь. Я давно присматриваю себе невесту и, мне кажется, сегодня я встретил свой идеал — вас.