как обычно, но мы должны присутствовать постоянно тут, в городе. Всегда одетые в наши

жилеты. Это ответственность на наших плечах, и не должно быть никаких ожиданий, что

кто-то решит за нас это проблему. Мы должны защитить наших людей.

Хаос покачал головой.

— Мы не сможем сделать этого, пока мы работаем, — определенно, у членов клуба,

которые работали на дневной работе, имелись свои сложности, но они могли попытаться

справиться с этим.

— Значит, будем стараться держаться поближе к людям, и я поговорю с Доном. Есть

еще кому что сказать? — за столом было тихо. — Хорошо, я узнаю больше после

завтрашней встречи с Кеньёном, — Исаак ударил молотком по столу и завершил

собрание, поднимаясь на ноги.

Шоу проговорил:

— Не хочешь поговорить о завтрашней встрече?

— Позже. Сначала мне нужно кое-что уладить, — Исаак попрощался с Шоу и

направился прочь из клуба. Ему было необходимо увидеть Лилли, прямо сейчас.

~oOo~

Когда он подъехал к ее дому, Лилли направлялась к гаражу, определенно точно

собираясь уехать куда-то. Она выглядела озадаченно, увидев, когда он подъехал, и

озадаченно не в хорошем смысле. Он видел, как она достала телефон и проверила его на

наличие его звонка; нет, он не звонил ей.

Она остановилась на месте, ожидая, пока он слезет с мотоцикла и подойдет к ней.

— Детка, нам необходимо поговорить.

— Ты не позвонил.

— Нет, не позвонил. Ты здесь, чтобы убить Рэя Хобса?

Прошлое: 2010 год

— Так парни, не вынуждайте меня вас высаживать.

Голдман фыркнул.

— Эй, это он все начал, майор.

Лилли покачала головой и сделала музыку тише. Она любила во время полета на

задание слушать Rancid. Эта миссия была очень важной, ей необходимо было доставить

105

свой отряд к месту боевых действий, где перестрелка была уже в самом разгаре. Лилли

доставляла на место резервный отряд военных, которых вызывали, когда численность

боевиков рассчитывалась неверно, с явным перевесом в их сторону. Задание было

опасным и по всей вероятности могло стать смертельным, но атмосфера в кабине

вертолета была далека от серьезной. Каждый, кто находился в кабине, знал, что они

направлялись в ад и могли не вернуться оттуда. Адреналин в кабине ощущался настолько

насыщенным, что у него был даже свой запах и вкус. Парни были переполнены им и

дурачились. Именно так тут и обстояли дела. Когда над головами нависала смертельная

опасность, солдаты в большинстве своем вели себя чуть более расслабленно, чем всегда.

Они и так были серьезными достаточное количество времени в бою, поэтому немного

разрядки для них было полезно. Хотя сегодня, тем не менее, стрелки, пилоты и старший

командир экипажа были с головой погружены в задание.

Это не был ее отряд, не полностью — или, по крайней мере, не все были для нее

своими ребятами. Из-за ранений, которые подкосили половину парней из другого отряда,

пара солдат были направлены на замену личного состава, чтобы укомплектовать отряд.

Трое из ее парней прямо сейчас находились в самом пекле, в перестрелке, на земле:

Миллер, Окада и Скарпон.

На самом деле она думала обо всех них как о своей семье, почти обо всех, кто

находился в части. Но она стала особенно близка с теми, кто постоянно летал с ней, и

после того, как произошла замена личного состава, казалось, что ее отряд разлетелся на

части.

Также у нее появился новый пилот. Второй пилот Мендес, с которым она летала на

протяжении двух туров службы, в данный момент вышел на пенсию в связи с

достижением предельного возраста и находился дома. Теперь у нее был новый старший

уорент-офицер, Билл Ньювелл, который только пришел после учебы и выглядел

абсолютно напуганным. Все происходящее беспокоило ее, но она постаралась оттолкнуть

это чувство как можно дальше и сосредоточиться.

— Ваша музыка полный отстой, сэр! — прокричал Лопес, стараясь изо всех сил

перекричать слова песни «Time Bomb» группы Rancid и рев лопастей вертолета (Прим.