Шрифт:
– Арлекин? – переспросила Шаманка. – Алексей Евгеньевич, миленький, можно я спрошу у Яны… Только спрошу… Один вопрос…
– Сейчас посмотрим, - ответил Алексей Евгеньевич. – Но, боюсь, что Яна неадекватна… Впрочем, кто знает. В прошлый раз она на вас отреагировала – может быть и сейчас…
И не закончив фразы, Алексей Евгеньевич двинулся по коридору за спешившей впереди медсестрой. Шаманка, раз уж её никто не гнал, пристроилась сзади, и все очень скоро оказались в палате Яны, с которой сидела молоденькая медсестра.
Яна Милюкова лежала лицом к стене, накинув одеяло на голову. Её трясло, как в ознобе, и доктор бесшумно отстранив медсестричку, ласково сказал:
– Яночка, голубушка, что ж вы нас так пугаете-то?
На голос доктора женщина всё-таки отреагировала – повернулась лицом и тихо прошептала:
– Доктор, доктор… Мёртвый хватает живого…
– Яна, успокойтесь, - голос доктора звучал ласково, но твёрдо, - вы в безопасности. Здесь вас никто не обидит. Вам помогут.
– Да, да, - закивала Малюкова.
«Задавайте свой вопрос уже…» - одними губами прошептал доктор Емельянов.
– Яна, это я, - приблизилась Шаманка. – Можно я спрошу. Только один раз, хорошо?
Больная кивнула, диковато косясь на Шаманку, но не проявляя никакой другой агрессии.
– Яна, где Арлекин? Вы можете нам помочь? Мы хотим спасти его, прошу вас…
– Арлекин… - забормотала больная, - Арлекин… Он далеко и близко, ищите… ищите… Если вычесть снег и лёд, будет птичий перелёт… Ищите там…
И тут глаза Яны закрылись, и она заснула ровным спокойным сном.
– И что это значит? – спросила Шаманка.
Доктор Емельянов и обе медсестры только удивлённо пожали плечами.
– Что ж, - подытожила Шаманка. – Непонятно… но будем разбираться.
========== Глава 39. Две новости для Рикардо ==========
Внимание, пока не бечено!
После ухода Рикардо Макс дождался сестричку с очередной капельницей, стерпел не самую приятную процедуру постановки, откинулся на подушки и задумался. Его сразу же насторожила фамилия Прус… Где-то он её уже слышал. И точно в связи с этим делом.
Макс прикрыл глаза. Прус… Прус… И тут он всё-таки вспомнил. Степан Прус. Друг и компаньон безвременно пропавшего Антона Неволина. Точнее, пропали они вместе, во время пожара на улице Пролетарской Диктатуры.
Кто же такая была эта таинственная Фейга Прус, писавшая Скорпетти? Случайное совпадение фамилий? Ой, вряд ли… Возможно, этот таинственный Степан - её прямой потомок. А если получилось так – Яков Скоропов хотел вернуться в Италию.. К отцу… Но что-то пошло не так. Возможно, он встретил женщину, которую полюбил и Фейга – его дочь? А раз так – потомки Фейги Прус и Якова вполне могли получить, так сказать, родовые умения Скорпетти. И что? С чего их так повернуло на кровной вражде к роду Гольдони? Но ведь повернуло же – факт. Но теперь не это главное - если удастся задержать Комедианта – он и так всё расскажет. Такого сорта типчики на допросах поют соловьём – им важно внимание, важна собственная избранность. Теперь, когда сведений накопилось немало, нужно просто сесть с Галей и подумать. Очень хорошо подумать. Ибо пока у Макса только домыслы…
Во всяком случае, стоит позвонить экспертам…
Макс осторожно поднял мобильник с тумбочки и набрал номер Литвинова, но трубку взяла Маша.
– Привет, Макс, - жизнерадостно поздоровалась она. – Как ты?
– Неплохо, Маш… - отозвался Макс. – Думаю о том, что мне не время тут разлёживаться, но вот доктор со мной не согласен… Пока.
– Докторов надо слушать, - наставительно отозвалась Маша. – Но ты ведь не за тем Юрке звонил, чтобы на жизнь пожаловаться?
– Само собой, нет, - ответил Макс. – Но мне и ты помочь можешь. Видишь ли, Маша, мне нужно как можно больше данных о некоем Степане Прусе. Он считается пропавшим без вести, помнишь, мы говорили про пожар на улице Пролетарской Диктатуры?
– В Соседнем Городе? Помню, - подтвердила Маша.
– Так вот, Маш… мне нужны данные не только о самом Прусе, но и его предках. Понимаешь?
– Понимаю, - отозвалась Маша. – Хорошо, я этим займусь.
– Вот и умница, - улыбнулся Макс. – Только поскорее, хорошо? Чует моя чуйка, что вся история с Комедиантом выходит на финишную прямую…
– Ладно, - проворчала Маша, - вы с Галей, как обычно, в своём репертуаре… На вопрос: «Когда нужно?» всегда отвечаете – вчера…
– Да? – удивился Макс. – Что-то не замечал, честное слово…
– Ну, - хмыкнула Маша, - вот и Галина не замечает. Ладно, отдыхайте Максим Генрихович, а ваша верная раба начинает пахать… - добавила она голоском примерной школьницы-отличницы.
– Выучили ребёнка самостоятельности на свою голову… - вздохнул Макс и быстренько распрощался.
А потом его пришли навестить мальчишки, следом появился Вадим, и практически весь вечер Макс был занят. И всё больше и больше убеждался – завтра обязательно нужно выписываться. Шаманка отбыла в Соседний Город и ещё не вернулась, Юра с Машей были плотно заняты, Рикардо обещал появиться только завтра… да и то не надолго. Нет, отдых – конечно, дело хорошее, опять же к анализу располагает, но Макс уже отработал все имеющиеся данные и выделил версию, которая кажется наиболее допустимой. Макс улыбнулся и вспомнил Нильса Бора*, у которого для идей было только два критерия: «достаточно сумасшедшая» и «недостаточно сумасшедшая». Последние не рассматривались. Однако, на первый взгляд, идея Макса выглядела не просто сумасшедшей, а до ужаса запутанной. Но, чем дальше в лес, тем толще партизаны. Разматывая петли этой истории, Макс убеждался в самых невероятных совпадениях. А теперь оставалось только дождаться утреннего визита Рикардо и уговорить доктора Абрамяна на выписку.