Шаманка ещё раза заглянула в комнаты. Ага, вот спальня хозяйки… а вот и вторая спальня, которую она сначала приняла за гостевую – настолько солдатский порядок там царил – никаких мелочей, указывающих, что в спальне живёт кто-то посторонний там не наблюдалось в упор – ни книг, ни мягких игрушек, ни косметики, ни фотографий… Безликая комната. Шаманка открыла дверь небольшого платяного шкафа и убедилась, что он пуст. А когда прошла в прихожую, то убедилась, что вся обувь и верхняя одежда, висящая там соответствует одному размеру.

– Племянница одного роста с Мариной была? – спросила она консьержку и Никиту.

Оба покачали головами, а Никита добавил:

– Нет, она маленькая, худенькая. Как подросток.

– Так где же её вещи? – поинтересовалась Шаманка. – Тут по размеру всё на высокую женщину - только Марине подходит.

Никита пожал плечами, а консьержка заявила:

– Вот те крест, никуда не уходила девка. А куда вещи ейные делись – про то я без понятия.

Шаманка призадумалась. Одно дело перелезать на пожарную лестницу налегке – тут не так уж сложно справиться, другое – с вещами… Хотя вещи она могла заранее упаковать и сбросить с балкона, а потом подобрать. Не бином Ньютона. Но что же такого произошло в квартире Марины? Убийство? Самоубийство?

Тут-то и прибыли добры молодцы капитана Лобачёва. Сам капитан был хмур, однако соображения Шаманки выслушал благосклонно, согласился, что исчезновение племянницы Маловой, Жанны Козиной, выглядит подозрительно и даже позволил Галине поприсутствовать при осмотре места происшествия. Шаманка обрадовалась, тем более, что в качестве эксперта с опергруппой прибыл старый знакомый Литвинова – Игорь Баличев.

Поэтому Шаманка протиснулась в ванную, где Баличев осматривал мёртвую Марину и спросила:

– Ну что, Игорёк? Дела идут, контора пишет?

– И не говори, - кивнул ей Баличев. – Пока по всем признакам – чистое самоубийство. Выкушала дамочка шампанского… ого, «Дом Периньон», мы не мелочимся… возлегла в тёплую ванну и очень качественно вскрыла себе вены опасной бритвой – что характерно – вдоль вен. Что твой Сенека…

– О как, - задумчиво произнесла Шаманка. – Записки, само собой, нет?

– Чего нет, того нет, - развёл руками эксперт.

– А можно тебя, Игорёк, кое о чём попросить? – ласково поинтересовалась Шаманка. – Заодно и подскажу кое-что…

– Проси, красна девица… - вздохнул эксперт. – Тебе отказывать – себе дороже.

Шаманка хмыкнула:

– Что ж вы здесь, в Соседнем Городе, такие пугливые все?

– Да про тебя тут такие россказни ходят, - ответно хмыкнул Баличев, - что впору детей пугать… Так в чём просьба-то?

– А нацеди-ка мне кровушки в пробирочку… - хищно улыбнулась Шаманка.

– Своей, что ли?
– весьма натурально побледнел эксперт.

– Нет, я пью только кровь девственниц, зачатых в полнолуние, - огрызнулась Шаманка. – Ты уже не катишь. Марининой крови, чьей же ещё.

– Зачем? – удивился Игорь. – Это вообще-то такое нарушение… Мне ж башку открутят и не поморщатся.

– Да ладно, - хмыкнула Шаманка. – Слушай сюда, Игорёк… Товарищ мой в вашем городишке пострадал серьёзно. Еле откачали… И токсикология там такое интересное показала – мама не горюй! Вот и хочу кровушку Марины проверить… И тебе советую. Понял?

– Понял, - кивнул эксперт. – Но, если что – я тебе кровь не давал.

– Идёт, - согласилась Шаманка. – Мне главное убедиться – чисто тут или нечисто.

Получив небольшую пробирку с кровью покойной бывшей актрисы, Шаманка быстро спрятала её и, как ни в чём не бывало, вышла из ванной.

– Ну что, пообщались с экспертом? – поинтересовался Лобачёв.

– Да, - кивнула Шаманка. – Говорит, что похоже на самоубийство.

– Может, и так, - согласился капитан.

– Только вот, племянница куда делась? – невинно спросила Шаманка.

– Хм… - протянул капитан. – А может, девчонка просто испугалась, что её обвинят, и дала дёру?

– С вещами? – невинность в голосе Шаманки зашкаливала.

– А с чем ещё? Девчонка – не миллионерша, и вообще… – заметил Лобачёв. – Всякое бывает.

– Это да, - согласилась Шаманка. – Бывает всякое. Спасибо, капитан, что позволили осмотреться. Разрешите откланяться. У меня ещё есть кое-какие дела.

– Трупов только больше постарайтесь не обнаруживать, товарищ майор… - буркнул капитан Лобачёв. – На сегодня лимит исчерпан.

– Это уж как получится, капитан, - вежливо ответила Шаманка, распрощалась с коллегой и покинула место преступления в раздумье – что же делать дальше. И решила всё-таки отправиться на улицу Пролетарской Диктатуры.