– Может не пропало. Может просто украли? Лучше прятать надо было.

– Да что ты, мышь, можешь понимать?

– Да уж побольше твоего. Хочешь ещё сыру?

– А давай. – Бренн уселся поудобнее и принял из лап мышки второй кусок сыра. – Понимаешь, всё пропало в одночасье. Вот теперь и вы тут бегаете, как у себя в норах.

– Что значит «теперь бегаете»? Я тут постоянно бегала. В меня рыцари швыряли чем попало. Между прочим, однажды очень чувствительно задели хвост. Я тут давно. Теперь моя операция закончена и я могу раскрыться. Я тайный агент монстров – «Серая мышь». Я много крови попортила Ордену. И конечно сообщала обо всём, что тут происходит. В соответствующие инстанции. А ты дурак, кстати, натуральный. Надо было о семье думать, а не о карьере.

– Она меня не понимала! Как и ты.

– Это ты её не понимал. Она пленитель ела, чтобы тебе понравиться. А это для человека всё равно, что глотать крысомор. Превратишься в суккубу и всё. Все коты по ночам будут охотиться на тебя. Она взрослая женщина! Ей нужны были признания в любви и секс, а что ты ей дал? Долгие ночи в одиночестве в супружеской кровати.

– А ты откуда знаешь? Шпионка доморощенная! – Магистр доел второй кусок сыра и почувствовал внезапную слабость.

– Знаю. Я много чего знаю. Например, что в районах бедноты люди пропадают. Наша, мышиная, работа. Но Ордену плевать было на это. «Ангельскому крылу» было на это плевать. А была бы у тебя жена, такого бы не случилось.

Мышь сама доела кусок сыра, но к головке уже не проявляла никакого интереса, разрывая когтями одежду на мужчине. Бренн не носил доспех вне боя, а кинжал, его единственное оружие, улетел в дальний угол.

– Тварь, что ты делаешь? – Магистр пытался прогнать мышь, но его руки не били, а лишь гладили мышь, поскольку резко ослабли. Тело полностью опустилось на пол, чему активно помогала мышь.

– Я не тварь, сладкий. Ты съел сыр, но твоё горе было так велико, что ты не заметил странного вкуса и печати на нём? Это не из вашей кухни. В нём много всяких интересных зелий намешано из лабораторий суккуб. А сам сыр из сыроварни «Мышкины дырки». Двусмысленно, не правда ли? Сыроварня в районе бедноты, которую открыла твоя жена. Как её звали, помнишь? Елена её звали. – Мышь закончила с верхней частью тела и перешла к штанам.

– Елена? В Ситу? Откуда ты знаешь, как зовут мою жену?

Магистр Бренн был в ярости и растерянности. Он думал, что окончательно порвал с прошлым и сбежал так, что его никто не найдёт. Мышь внезапно прекратила рвать штаны и посмотрела магистру прямо в глаза.

– Да потому что Елена - это я, любимый. Я следовала за тобой, как тень, я так исхудала, что почти стала тенью. И здесь, в Ситу, меня поймали мышки, но я добровольно позволила им себя обратить. И также добровольно перешла на службу Рууби. Это местная суккуба. С ней я общалась через другую суккубу, но это не важно. Пять лет без секса? Сладкий, я без него прожила 10 лет. Ты себе где-то шалаву на стороне подцепил. Девку продажную. Я была тебе верной все эти годы. Знаешь сколько супружеских долгов накопилось у тебя за десять лет?

Глаза мыши Елены коварно сверкнули и она избавила магистра от штанов. Магистр застонал и из его глаз покатились слёзы.

– Елена. То-то смотрю лицо у монстра такое знакомое.

– А помнишь как я называла твой член? – Елена стала массировать мужской орган, который почти мгновенно отреагировал. – Яблочный пирожок. Где мой яблочный пирожок? Да, в сыре ещё было немного афродизиака. Надеюсь, ты не в претензии? – Мышка снова коварно улыбнулась, в её голосе явно слышалось желание соития.

– Погоди, Елена…

– Замолчи! Восемнадцать лет нашей семейной жизни я это слышала: «Погоди, Елена. Не сейчас, Елена!» Я удивляюсь тому, что у нас дети вообще были. Между прочим, все от тебя. А теперь, милый, поздно.

Мышка не стала ждать и почти сразу уселась на член мужчины в позе наездницы. Её «мышкина дырка» истекала «сывороткой». На какое-то мгновение она даже замерла с закрытыми глазами, смакуя удовольствие от горячего органа внутри себя, а потом начала не спеша двигаться. Магистр продолжал протестовать.

– Нет, прекрати, ты теперь мышь, а не человек!

– Мышке тоже хочется любви и тепла.– Пела Елена.

– Ты монстр! – почти жалобно вскричал Бренн.

– Это ты чудовище! Я стала такой из-за любви к тебе! – Елена мстительно цапнула мужчину зубами за сосок.

– Ай! Нет. Мы в разводе!

– Отлично! Это повод снова пожениться. По законам монстров. Ах, твой перчик такой твёрдый. Не ленись. Яд парализует только мышцы рук и плеч. Мышцы бёдер у тебя работают. Подкинь меня, ну же подкинь! Я теперь такая лёгкая.

Бренн попробовал, действительно, в отличие от рук бёдра даже стали сильнее. Однако Бренн не хотел с этим мириться. Он пытался переворачиваться, извиваться и сильно подбрасывать бёдрами, надеясь скинуть мышь с себя, однако каждое движение только распаляло мышку и приносило немало удовольствия самому мужчине.

– Ох, милый! Я будто фермер объезжающий молодого упрямого жеребца. Как это называется? Кажется родео?

– Прошу тебя, слезь. Я не хочу становиться инкубом и иметь гарем из мышей!