–  Бетти, нужен ключ!
–  кивнул я на хранилище и машинально заткнул кинжал за ремень.

–  Мне не попадался, - буркнула она, не отвлекаясь от поисков.

Через секунду мы одновременно посмотрели на тело учёного, виднеющееся за дверным проёмом, и почти хором вскрикнули:

–  У него!

Я подбежал к профессору и наклонился над ним.

–  Да он жив!

Приложив палец к артерии на шее, я наскоро осмотрел учёного.

–  Рана поверхностная, максимум сотрясение мозга...

–  Ясно, - поморщилась Элизабет.

–  Думаю, скоро очнётся.

Я взял пистолет из руки профессора и засунул за пояс. Нащупав в кармане учёного ключ, я достал его и рванул к сейфу. В тайнике на груде каких-то бумаг словно долгожданный приз, красовались баночки с пилюлями.

–  Ну вот, теперь можно будет закончить твоё лечение, - обрадовалась Элизабет.
–  А сейчас скорее беж...

Громкий стон за спиной прервал её, заставив нас обернуться. В дверном проёме над бездыханным телом профессора горой нависал Сэмюэл. Он оглядел устроенный нами погром и свирепо сверкнул глазами. Поднявшись во весь свой богатырский рост, Сэм вскинул вверх руки и заревел, точно раненый зверь:

–  А-а-а! Миста Бридже-э-эл! Зачем, зачем миста Джон убил его?!

–  Нет-нет, Сэм, всё не так...
–  попытался я оправдаться.

Глаза Сэмюэла налились кровью. Ничего не видя и не слыша он бросился на нас. Запихнув лекарства в карман, я заслонил Элизабет и опрокинул стеллаж на Сэма. Тот потерял равновесие и упал, погребённый книгами. За доли секунды разметав завал, он снова вскочил на ноги. Этих мгновений нам хватило, чтобы выскользнуть из кабинета.

Сэм сорвал со стены коллекционный моргенштерн [1] и понёсся за нами. Убегая, Элизабет поскользнулась на валявшемся в коридоре щите и с грохотом растянулась среди рыцарской амуниции. Сэм размахнулся. Я бросился к Элизабет и еле успел выдернуть щит, прикрыв им себя и девушку. Сэм наносил удар за ударом. Ядро мелькало в воздухе, сметая всё вокруг. Я поднялся и попятился назад, прячась за щитом. Элизабет в панике вцепилась в меня ногтями и, выглядывая из-за спины, вскрикивала при каждом ударе.

–  Нет, нет! Не надо, Сэм!

Хорошо, что стены коридора и потолок не давали Сэмюэлу размахнуться как следует, иначе эта ужасная звезда средневековья, пробивающая тяжёлую броню, оставила бы от нас только кровавое месиво. Ядро крушило экспонаты, разнося в щепки мебель и выбивая куски стены. Защищаясь, я старался ставить щит так, чтобы удары приходились вскользь, но от яростного напора он весь покрылся рваными дырами и глубокими вмятинами. Казалось, еще чуть-чуть и наша последняя защита разлетится вдребезги.

Улучив момент, когда уставший Сэмюэл снизил темп, я оттеснил Элизабет в сторону, выхватил кинжал и, подскочив к противнику, полоснул его по запястью. Вскрикнув от боли, тот выронил цеп, схватившись другой рукой за рану. Отбросив щит, я тут же с силой ударил Сэмюэла в бровь. Он пошатнулся. С разворота я саданул пяткой ему в висок. Сэм ударился головой о стену, стёк на пол и затих, безвольно опустив голову на грудь. Широко раскинув ноги, он сидел в полном беспамятстве.

В этот момент в кармане профессора зазвонил мобильный. Учёный застонал и очнулся. Встав на четвереньки, он обвёл поле боя мутным непонимающим взором. Посмотрел на поверженного Сэмюэла, открытый сейф и разбросанные экспонаты, потрогал рукой рану на голове. Взгляд его стал осмысленным и злым.

–  Что вы натворили, недоумки!
–  яростно заорал профессор.

–  Джон, скорее!
–  воскликнула Элизабет и потянула меня к лестнице.
–  Там внизу мотоцикл!

Телефон продолжал надрываться. Мы рванули к входной двери.

–  Это ты, Дэйв?
–  послышался за спиной голос профессора, наконец ответившего на звонок.
–  ... Как ты узнал?.. А, сигнализация... Дэйв, они сбежали!.. Понял... Будут через пару минут?.. Всего два экипажа? Отправь ещё несколько, ты даже не представляешь, на что способен этот дикарь...

–  Заводи мотоцикл, я сейчас!
–  крикнул я и побежал в свою комнату.

Когда Элизабет так стремительно увлекла меня в кабинет профессора, я совершенно не подумал о перстне и брелоке. Схватив со столика у кровати пластиковый пакетик, я выбежал на улицу. Элизабет уже сидела на мотоцикле и газовала. Я вскочил на заднее сиденье, и мы помчались прочь.

–  Зачем это им?
–  перекрикивал я рёв мотора.

Повернув голову вполоборота, Элизабет прокричала: