Шевелиться у меня сил не было. Я тупо кивнула в ответ на предложение Питера, однако даже не попыталась сдвинуться с места. Кроссману пришлось наклониться, чтобы подхватить меня на руки, и мне в кои-то веки было совершенно наплевать на то, кто ко мне прикасался, или кто на меня смотрел, а ведь смотревших было превеликое множество, причём не все взгляды были дружелюбными. К счастью или к сожалению, моя голова так сильно гудела, спина болела, глаза слипались, да и все мышцы из-за перенапряжения дрожали почище желе на вибростоле, что меня вообще не волновали чьи-то там взгляды. В голове билась только одна мысль — скорее домой. Лечь в свою тёплую постель и забыться долгим, долгим сном, а через пару дней… А через пару дней я уже могла возвращаться в родной Спрингфилд…

— Убери ты эту гадость! — недовольно произнесла Марго, подойдя к Питеру, стоящему со мной на руках, после чего подобрала с земли меч, держа его двумя пальцами через носовой платок, и вложила обратно в ножны, которые всё ещё висели у меня на поясе. Для этого вампирше пришлось чуть ли не обнять меня, и я вдруг заметила, с каким жадным вниманием она смотрит на Питера. Да уж… А Софи-то, похоже, была права…

— Куда ты её потащишь? — поравнялась с нами Илона и неприязненно оттёрла плечом Марго, хотя та вроде была не против такого хамского поведения и скрылась из глаз, напоследок проворчав что-то на счёт своего отъезда из города завтра утром. Честно говоря, меня уже ничего не волновало. Вот ничегошеньки, особенно какой-то там отъезд какой-то там вампирши!..

— Домой, — ответил Питер. — С Эстер пока хватит впечатлений.

— Это да. Надо же, убить самого Александра Маркула! Да ей за это в Гильдии памятник поставят! Они же столько лет гонялись за Алексом, но безрезультатно, а тут на тебе…

— Илона, иди домой. Посиди с Моникой и Симоной, обсудите новости, — проворчал Кроссман, и Илона неожиданно послушалась, тенью скользнув между деревьями куда-то влево.

— Я так хочу спать… — выдавила я сонным голосом и, словно в подтверждение своих слов, широко зевнула. Силы исчезли в неизвестном направлении, помахав напоследок белым платочком.

— Тогда спи, Эстер. Ты это заслужила…

Я вроде как кивнула, хотя очень в этом сомневалась, и удобно откинула голову на широкое плечо Питера, совершенно расслабленная и умиротворённая от мерного покачивания спокойного шага вампира…

Проснулась я, по своим же собственным ощущениям, минут через десять после погружения в сон. Тело ломило, а спина всё ещё сходила с ума, но голова была на удивление ясной, мысли больше не путались, и ещё я чертовски хотела есть.

Потянувшись, я с широким зевком перекатилась на другой бок и только после этого соизволила открыть глаза, взглянув на окно, почему-то не занавешенное шторами, а потому заполненное возмутительно голубым небом и ярким солнцем.

По всему выходило, Питер донёс меня до дома и уложил в кровать, потому что стены и потолок комнаты были мне явно знакомы и успели стать родными.

Снизу доносились громкие голоса, но беседующие говорили адекватно и никого убивать не собирались, поэтому я с чистой совестью ещё немного полежала и только после этого, мучимая чувством волчьего голода, поднялась с кровати.

Осмотр себя в зеркале привёл к неутешительным выводам — царапины на лице представляли собой жалкое зрелище, а уж растрёпанные волосы и красные глаза с тёмными кругами под ними явно не добавили мне очарования. Я была крайне недовольна своим состоянием, вот только ничего не могла с ним сделать.

События вчерашнего дня сейчас казались мне чем-то сказочным, как будто я весь вечер провела с детской книгой на коленях, а не сражалась с древним вампиром. Всё было слишком легко! Сначала Александр слишком легко согласился на дуэль, потом почти не дрался и откровенно не хотел меня ранить, после чего и вовсе остановился, когда я вытащила меч Кристал! Всё это не могло не настораживать, хотя я решила не держать в голове лишние сомнения и побыстрее разобраться с самыми необходимыми делами, раз уж всерьёз надумала уехать в Спрингфилд при первой же возможности.

Бросив взгляд на свою домашнюю пижаму и отогнав подозрения на счёт того, кто меня переодевал, я направилась к шкафу, вытащила с полки джинсовые шорты и натянула на себя растянутую футболку, заляпанную пятнами корректирующей жидкости и синими чернилами из когда-то потёкшей ручки. Волосы я оставила распущенными, просто расчесала их пальцами и распутала пару самых заметных колтунов. При этом я с радостью обнаружила, что на спине был всего лишь синяк, а не серьёзный ушиб, к тому же, левую руку снова закрыли повязкой, так что я с чистой совестью нашарила на полу тапочки и поплелась на первый этаж, чтобы посмотреть, кого принесла нелёгкая в учебное время. О себе я благополучно умалчивала, оправдываясь тем, что всё равно собиралась уходить из школы.

А во время спуска по лестнице я вдруг поняла одну неожиданную вещь, которая мне сначала решительно не понравилась, зато потом… Меня буквально накрыло осознанием невыносимого счастья на грани фантастики.

Я. Была. Свободна. Отныне я могла спокойно обзаводиться друзьями, жить обычной жизнью и больше никогда не иметь ничего общего с делами Гильдии! Я наконец-то выплатила этот ужасный долг перед обществом! И я… Я могла позволить себе роскошь быть привязанной к кому-либо.

К счастью, у меня уже был человек, к которому я успела привязаться за последнее время.