— О, Боже! Пристрелите меня сейчас и прервите мои страдания, — простонала я каждое слово, держась за круглый живот, набитый едой. — Не двигайся, иначе меня стошнит прямо на твою кровать.

— То есть, если я тебя сейчас пощекочу, это будет очень плохо? — спросил он, когда положил руку мне на живот; в его глазах зажегся озорной огонек.

— Да. Если тебе, конечно, понравится, что меня стошнит на тебя и на кровать.

— Ладно, лучше обойдемся без этого. Хочешь, посмотрим Джерри Магуайера? (Примеч. «Джерри Магуайер» (англ. Jerry Maguire) — художественный фильм режиссера Кэмерона Кроу с Томом Крузом в главной роли. 1996 год.).

— Черт, да!!! Маркус О’Коннор, ты лучший в мире друг.

Я так любила этот фильм. Я могла процитировать его практически полностью, слово в слово, но сегодня я не буду этого делать, потому что это нервировало Маркуса.

Схватив пару шорт-боксеров и толстовку Маркуса, я пошла в ванную переодеться. Я никогда не надевала ночнушку или пижаму, когда ночевала здесь. Я всегда носила одежду Маркуса и делала это так давно и часто, что сейчас мне даже не надо было спрашивать у него разрешения. Прежде чем вернутся в комнату, я почистила зубы и расчесала волосы, чтобы утром не было колтунов.

Я подложила несколько огромных подушек себе под спину, пытаясь устроиться поудобнее, а в это время Маркус ставил фильм. Взяв пульт от проигрывателя, он вернулся на кровать. Мы просмотрели тысячи фильмов, вот так вот лежа рядом на кровати, но в этот раз я чувствовала изменения. Клянусь, я ощущала жар, исходящий от его тела, хотя мы и не прикасались друг к другу. Пытаясь найти положение, в котором я бы чувствовала себя менее странно, я снова попыталась устроиться удобнее и вздохнула.

— Что-то не так, Хейли?

— Не могу улечься удобно.

— Так, иди сюда, — сказал он, подняв руку так, чтобы я смогла лечь на его плечо. Ну, это что-то новенькое.

Я обняла его рукой за живот и прижалась к нему покрепче. Это было невероятное ощущение, и от него пахло просто потрясающе. Он гладил меня по волосам, проводя рукой от корней до кончиков, и в результате я начала дрожать.

— Тебе холодно? — спросил он и достал покрывало, чтобы накинуть на нас.

Когда он накрыл нас, единственное, что я могла сделать, это тихо поблагодарить. Мне было стыдно от того, как реагировало на него мое тело. Лучше, чтобы он думал, будто бы мне холодно, чем узнал реальную причину моей дрожи. Он снова начал гладить меня по волосам, но я уже этого не чувствовала, я спала.

Утром я проснулась от невыносимого жара со спины и его руки, которая находилась на моей талии. О, Боже! О, Боже! Не могу поверить, что мы проспали всю ночь вместе на одной кровати. Так, стоит успокоиться!

Я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться и расслабиться в тепле тела Маркуса, находящегося позади меня. Черт возьми! Это то, о чем я думаю? Он просыпается с этим каждое утро?

Я лежала смирно, надеясь, что это само пройдет и он не проснется до этого момента. Я пыталась найти способ, чтобы выбраться из кровати так, чтобы Маркус не проснулся, когда его рука на моей талии сжалась, притягивая меня еще ближе к нему. Я ощущала давление его утреннего стояка на мою задницу и не смогла ничего сделать, кроме как гадать о том... как он выглядит? Я видела картинки пениса в учебнике на уроках биологии, но я никогда не ощущала и не видела его лично или близко. Мне очень бы хотелось взглянуть на него, но я боялась, что Маркус проснется. Решения, решения...

Маркус лишил меня такой возможности, начав просыпаться. Потягиваясь, он выгнул бедра и потерся об меня, простонал что-то и внезапно перевернулся на спину. Он вдохнул глубоко и прикрыл глаза рукой.

Я села на кровати, глядя через плечо на него и ожидая от него разговора. Тишина пугала меня, поэтому я просто сказала «Доброе утро», прежде чем слезть с кровати и пойти в ванную.

После того как скрылась, я глянула на свое отражение в зеркале. На щеках присутствовал легкий румянец, а мои волосы были спутаны где-то на шее, да там еще и конфета застряла. Ох! Прежде чем собрать свои волосы в хвост, я почистила зубы и прополоскала их. Я использовала зубную щетку Маркуса, так как моя была в сумке... а сумка в его комнате... с ним. Я пока была не готова покинуть безопасную ванную и встретится с ним лицом к лицу, поэтому расчесала волосы и брызнула водой себе в лицо. Сейчас или никогда.

Войдя в комнату, я обнаружила, что Маркуса там нет. Я быстро надела свой купальник, пляжные шорты, накинула сверху черный топ и спустилась вниз.

Маркус сидел на кухне и поглощал блины со своей тарелки.

— Миссис О’Коннор, доброе утро, — сказала я, присаживаясь за кухонный стол. Я налила себе стакан свежевыжатого апельсинового сока и взглянула на Маркуса. Все его внимание было сосредоточено на тарелке, и он продолжал поглощать еду с неимоверной скоростью.

— Хочешь немного блинов, Хейли? — спросила она, держа в руке лопатку.

— С удовольствием… — я едва успела ответить, как два идеально круглых, золотистых блина уже лежали у меня на тарелке. Я добавила немного масла и сиропа, уже предвкушая их вкус.

— Ммм, миссис О’Коннор, вы лучший в мире повар. Если бы вы были моей мамой, я бы весила, наверное, килограммов сто. Как ты еще не превратился в толстяка, Маркус? — спросила я, пытаясь вовлечь его в разговор.

— Видимо, я лучше тебя на генетическом уровне, — сказал он, подмигнув мне.

— Или это пока что не коснулось тебя. А к двадцати годам ты станешь толстяком. Ты должен взять все самое лучшее от подросткового возраста, потому что в будущем я вижу огромный живот. Ты будешь королем толстяков в тридцать лет.