У въезда в город, мимо проскакал небольшой вооруженный отряд. Йормунганд заметил только, что во главе отряда женщина. Шлем ее украшали небольшие лебединые крылья. Йормунганд невольно проводил ее взглядом.

Карта показывала, что земли Йорда находятся южнее Кроманьонских гор, и западнее владений Ингви. Открытие, что земли брата Ванадис находятся так близко от него и так далеко от Гладсшейна неприятно поразили его. Он как будто почувствовал дыхание Дочери на затылке.

Размышления о Ванадис навели на мысли о матери. Интересно, оказался ли удачным ее брак, или смерть на пиру все испортило. Йормунганд задрал голову к сине-серому утреннему небу. Он добрался почти до края земли, но так и не встретил своего отца, не помог сестре. А что сейчас с братом — кто его знает? Он, потомок Лодура и Ангаборды, старший из детей, вынужден бегать на побегушках у провинциального князька. Однако, Йормунганд склонил голову на плечо, жить в замке и пользоваться определенным влиянием на князя тоже неплохо. Куда лучше, чем бесцельно скитаться в поисках противоречивых слухов за человеком, что бросил его и его семью дивным давно.

Пусть солнце с каждым днем все ласковее прогревало землю, по ночам все равно было холодно. Часто шли дожди, и дорожная слякоть сильно затрудняла передвижение одинокому путнику. Йормунганду оставалось только радоваться, что не приходится идти пешком. Земля сочилась влагой, под копытами чавкало. Углубляться в лес в поисках стоянки решительно не хотелось.

Но были и отличия, Валонхейм снабдил его деньгами на дорогу. Йормунганд принял мешочек с деланным равнодушием, лишь взвесив в руке и лениво бросив к остальным вещам. Валонхейм лишь плечами пожал и предупредил, что безалаберное отношение к деньгам не делает чести никакому человеку. Йормунганд лишь губы скривил в ответ в подобии улыбки.

— Привычка, — сказал он. Но едва Валонхейм ушел, Йормунганд быстро выхватил мешочек и тщательно пересчитал и разделил всю сумму на равные части. Денег было недостаточно, чтобы забыть о обещании служить и кинуться в бега, но хватало на некоторые нужды сверх путешествия. Часть денег Йормунганд надежно спрятал в вещах, часть — в одежде и оставшееся положил в кошель на поясе. Немного, чтобы не соблазнять разбойников на дороге.

Из первоочередных покупок он приобрел новые сапоги с посеребренными пряжками и теплый шерстяной синий плащ, такой темный, что почти черный. Лошадь ему выдали на княжеской конюшне. Не боевой конь, но сойдет. Казенная сбруя Йормунганду не понравилась, но опять же пришлось обходиться. Конюший настороженно принялся ему объяснять, как ладить с лошадью, будто ребенку. «Знаю» — нетерпеливо ответил колдун и, сверкнув глазами, вскочил на робкую Ладушку и ускакал.

Меч на выезде из города ему вручил мистер Тукан. Долго и недовольно рылся в оставленных путниками железяках, пока не выудил тот самый, с резной рукоятью, которой Йормунганд так гордился, потому что и рисунок придумывал сам, и помогал при создании.

В придорожных дворах его теперь встречали куда радушнее, комнаты давали теплее и просторнее. По ночам порой стучались девки, в надежде заработать пару монет. Йормунганд ворочался, но не просыпался.

Тревожные сны больше не мучили его, и он почти забыл про предсказание трех дев. Пока однажды, когда до города Йоунасдоуттир осталось пара дней, Йормунганд не остановился в весьма презентабельной харчевне под названием «Рукавица». Прежде чем подняться в приготовленную для него комнату. Йормунганд решил перекусить, чтобы как следует выспаться потом на полный желудок. Кормили отменно, Йормунганд пребывал в благодушном настроении, пока к нему не подсел коренастый бородач со смутно знакомым лицом. Светлые волосы заплетены в толстую косу, на плечах плащ из звериной шкуры как у южного варвара, а доспех металлический, а не кожаный, как у Йормунганда.

— Айе! — сказал он и щелчком подозвал к себе подавальщика. Йормунганд отодвинулся, кивнул в знак приветствия. Перед ним стола тарелка с недоеденным куском курицы с золотистой поджаренной шкуркой, натертой пряностями и залитой знаменитым в этих краях сливовым соусом.

— Вкусно? — осведомился детина, — Мне того же, — сказал он, ткнув в тарелку Йормунганда.

— Отличный выбор! — с энтузиазмом произнес подавальщик и скрылся на кухне. Через пару минут перед незнакомцем стояла порция ароматной курочки и бутыль сливового вина «от заведения».

— Неплохо, а? Всегда-то тут что-то новое.

— Чем обязан? — спросил Йормунганд недружелюбно. Он не собирался ссориться с первым встречным, только излишняя фамильярность его коробила. А порция непрошенного сотрапезника оказалась раза в полтора больше той, что принесли ему.

— А правда, что тебя разыскивают за убийство? — громко спросил незнакомец и захохотал, как будто отмочил невесть какую шутку.

На них начали оглядываться, даже хозяин оторвался от бесконечного наяривания грязным полотенцем кружек за стойкой и настороженно посмотрел на них.

— Правда, — сказал Йормунганд прищуриваясь, — А правда говорят, что Йорд частенько заходит в это заведение и узнать его можно по полному отсутствию чувства юмора и такта?

— А вот это врут, — сказал Йорд посерьезнев. — И как ты догадался?

— По молоту, — сказал Йормунганд. За поясом у Йорда и в самом деле висел его знаменитый молот с укороченной ручкой. Руны покрывали стальные бока. И выглядел он невероятно тяжелым. Но и без этого Йормунганд узнал бы брата Бальдера, сына Альфедра. Йормунганд скользнул взглядом по сторонам. Странно было встретить Йорда одного, без дружины, без вообще каких-либо спутников. Или, может быть, они столовались в менее приличном, но куда более веселом месте.

— А! — Йорда как будто поразила проницательность собеседника.

— Я буду схвачен и доставлен пред светлые очи твоего отца или на милость Дочерей, чью жрицу я подло соблазнил и покинул?

— Ты тут предсказываешь будущее, — сказал Йорд, отщипывая от курочки кусочек. Соус поплыл по его пальцам, запачкал усы и каплей упал на бороду. У Йормунганда рыжий пушок выгорел на солнце и казался едва различимым.

— Скажи, — Йорд пододвинул к себе тарелку и легко разорвал цыпленка пополам, — Тот скальд и правда умер из-за твоего заклятия?