– И Ральф разрешил?

– Да. Герцог Ральф не увидел в этом ничего опасного. Он рассмеялся и сказал: «Пусть Шкварц потешится… Этот клочок земли для нас ничего не значит». И даже пошутил: «Теперь у нас будет своя Автономная Огуречная Хаврюгания». Пусть процветает.

– Зря! – Максим в своем пространстве насмотрелся на то, что вытворяют борцы за свободу и процветание в гордых огуречных республиках.

– Зря, – Эмилий грустно кивнул. – Их светлость герцог Ральф исходил из самых добрых побуждений, и был жестоко обманут. Мы убедились в этом всего через два года. За это время Шкварцебрандус собрал вокруг себя значительное количество всяких подонков и заключил тайные договора с племенами, проживающими на Диких Землях. А два дня тому назад, он поднял над Черной башней свое знамя… На черном полотне два скрещенных золотых огурца, а под ними, серебряной вязью девиз: «Гордость! Процветание! Свобода!» А вчера этот Шкварц прислал их светлости герцогу Ральфу письмо, в котором потребовал отдать ему Курчатайскую долину. Всю. Это почти четвертая часть герцогства.

– Как это отдать? Почему отдать?

– Видишь ли, Шкварцебрандус утверждает, что это необходимо для восстановления исторической и экономической справедливости. Он заявил, что поскольку хаврюги всенародно избрали его своим лидером, то теперь его святая обязанность, создать Великую, Процветающая и Свободную Хаврюганию. А Курчатайская долина, по его утверждению, в древности являлась обширнейшим гнездом происхождения и обитания первых независимых хаврюг. Они, вроде бы, там что-то пахали. И горстями пили воду из находящихся в долине источников. Он даже нашел исторический камень, на котором, уставшие от борьбы с древней природой, отдыхали первые хаврюги. «Флора, фауна, а также природные богатства этой долины должны принадлежат свободным хаврюгам, – заявил Шкварцебрандус. – Они жизненно необходимы для дальнейшего развития и процветания Великой Счастливой и Гордой Республики Хаврюгании, и должны перейти в ее полную и вечную собственность». И еще Шкварцебрандус завил, что безвозмездно передает принадлежащие лично ему земли, вокруг Черной башни, новому государственному образованию и призывал их светлость, герцога Ральфа, поступить соответственно.

– Лихо, – только и мог сказать Максим. – А что ответил этому подонку герцог Ральф?

– Их светлость герцог Ральф ответил, что хаврюги никогда не происходили и не обитали в Курчатайской долине. И никогда там не пахали. Они ведь и до сих пор не пашут. А также заявил, что долина всегда принадлежала Гезерскому герцогству, и перечислил подтверждающие документы. Но Шкварцебрандуса это не остановило. Он сообщил, что вынужден будет силой восстановить справедливость и освободить эти земли, жизненно необходимые для гармонического развития экономики встающей с коленей независимой Хаврюгании, которую многие годы грабили жестокие герцоги и их послушные приспешники. Банды его хаврюг и примкнувшие к ним подонки, начали совершать террористические акты на наших землях. И сам Шкварцебрандус стал усердно пакостить нам. Это он, лично, сорвал финальный матч. Сжег ворота. А какой может быть футбол без ворот?

– Без ворот футбол теряет всякий смысл, – подтвердил Максим.

– Вот именно, – Эмилий вздохнул и снова глянул на потолок. – А Шкварцебрандус пригрозил санкциями. Объявил, что не будет снабжать герцогство огурцами, и станет сжигать ворота футбольных матчей, до тех пор, пока его требования не будут удовлетворены. Поэтому их светлость, герцог Ральф, вынужден, отказаться от огурцов в своем утреннем рационе и временно, отменить футбольные встречи на всех уровнях.

– Футбол вне политики и не имеет никакого отношения к тому, будет Хаврюгания, или Хаврюгании не будет вообще, – рассердился Максим. – Надо вправить этому Шкварцу мозги.

– Надо, – согласился Эмилий. – Но я еще не обо всем рассказал, – уныло продолжил он. – Шкварцебрандус сейчас собирает войско, чтобы силой захватить Курчатайскую долину.

– Даже так?

– Даже так. А у нас гвардия в отпуске. Гвардейские каникулы. На месте только дворцовая стража. Но с дворцовой стражей много не навоюешь.

– И что Ральф?

– Их светлость вторые сутки не выходит из своего кабинета.

– Что-то надумал? Или их светлость просто мечут икру?

– Их светлость… – начал отвечать Эмилий, и тут до него дошло, о чем спросил Максим. – Как ты выразился? Мечет икру?.. Их светлость не в состоянии… А, понял. Это идиома…

Вот и разговаривай с придворным интеллигентом… Нормальное слово попросту сказать нельзя. Сразу: «Как ты выразился?» и «Как тебя следует понимать?» Хорошо, хоть, Эмилий, свой парень, не станет ябедничать по поводу нарушения этикета.

– Приехали, – Максим не стал объяснять дракону, что их светлость тоже может «метать икру». – Я говорю, что раз такое дело, то надо шевелиться, собирать гвардию.

– Собирают. Но пока гонцы доберутся до каждого, пока гвардейцы явятся, пока домаршируют до Разрушенной башни, сепаратисты Шкварцебрандуса уже будут в Курчатае.

– Вы что, правда, всю гвардию распустили на каникулы, ни одного отряда не оставили? – Максим как-то не мог в это поверить.

– Всю. В том то и дело, что всю. Я уверен, что Шкварцебрандус знает об этом, потому и решился напасть.

– Кто это у вас так… начудил – Максим хотел сказать совсем другое слово, даже несколько слов, которые, в этом мире, еще не употреблялись, но удержался, не стал опережать прогресс в области языкознания, обошелся безобидным «начудил», – всю гвардию – в отпуск?!

– «Начудил»? – переспросил дракон… А, понял. Нет, никакого чуда. Обыкновенная традиция. У нас много разных традиций. Правда, некоторые из них не совсем удобны, как эта, с каникулами для гвардии. Но мы привыкли и без традиций не можем.

– Но почему?.. – Максиму снова захотелось сказать, что он думает по этому поводу, но он опять сумел удержаться. – Почему устроили каникулы гвардии?!

– Видишь ли, эта традиция уходит в далекое прошлое, – Эмилий оглядел потолок но, очевидно, не нашел там ничего заслуживающего внимания, и снова повернулся к Максиму. – Более ста лет тому назад, войска Демократического Королевства Хавортии вероломно, вторглись в наше герцогство. Цель – та же, что сейчас у Шкварцебрандуса, отторгнуть плодородную Курчатайскую долину. Навстречу захватчикам, повел гвардию их светлость герцог Бурдюг Третий. Сражение состоялось у Разрушенной башни, мимо которой и проходит дорога в долину. Оно продолжалось десять дней. Под руководством их светлости, врага разбили, и он позорно бежал. В честь этой славной победы, их светлость герцог Бурдюг Третий издал эдикт, согласно которому, всей гвардии, каждый год, представляются каникулы, на десять дней. Именно за такое время гвардейцы сумели сокрушить врага. А народ оценил мужество их светлости Бурдюга Третьего в борьбе за восстановление мира, и еще прижизненно присвоил ему звание Святого Миротворца. А после смерти герцога, учредили орден «Святого Миротворца Бурдюга Третьего.