– Сильный волшебник?

– Возомнивший о себе двоечник. И то, довольно узкого профиля. Стал заниматься агробизнесом: огурцы выращивал. У нас огурец не растет, опылителей нет. Поэтому в большом дефиците. А он какую-то мошкару генетически обработал и заставил ее опылять цветочки на огуречных плетях. Его огурцы в герцогстве нарасхват пошли. Деликатес. Потом он стал их продавать во Всенародную Монархическую Процветающую Республику Алтанию. А Алтания место плохое и опасное. На каждом углу Гнезда предсказателей и оракулов. Учат всех, как надо жить и объясняют, куда надо развиваться.

– Политологи что ли? – спросил Максим. – От какой партии?

– В Алтании, видишь ли, политологов нет. И партий нет. В Алтании Гнезда. У каждого Гнезда своя программа. Шкварцебрандус попал в Гнездо борцов за Свободу и Равенство. Если коротко: «Свора». И это, в конечном итоге, наложило определенный отпечаток на его образ мыслей. Он стал подкармливать «Свору» дефицитными огурцами. Они его на свои бдения пригласили. Шкварцебрандус и пожаловался: «Талантливый, мол, волшебник, сами видите, какие огурцы выращиваю, но прозябаю на ниве аграрного производства, потому что в герцогстве полное отсутствие свободы и демократии». А «Своре» только дай возможность показать, какая она умная… И насоветовали. Объяснили Шкварцебрандусу, что его долг создать новую Республику на основе всенародного процветания, свободы и равенства. И управлять ею. За соответствующее огуречное вознаграждение научили, как и что Шкварцебрандусу следует делать. И, конечно же, выделили опытных советников.

– Эмиль, – прервал дракона Максим, который все еще старался быть вежливым, – я тебя про футбольный матч спрашиваю, а ты мне рассказываешь биографию какого-то самодеятельного прохвоста с уклоном в огуречный бизнес. Может быть, вернемся к горящим воротам?

Эмилий уставился круглыми глазищами на Максима и стал внимательно его разглядывать.

– Ты что на меня так смотришь? – поинтересовался Максим. – Я непонятно говорю?

Эмилий не ответил. Вместо этого он неожиданно спросил:

– «Стройдокументация» это очень канительная бодяга?

– Где «Стройдокументация», а где футбол?! – возмутился Максим. – Мы о чем говорим?!

– Вот именно, – Эмилий был, невозмутим. – Ты сегодня, Максим, совершенно не логичен. И я отношу это к тому, что ты переутомился во время интенсивной зубрежки канительной и исключительно бодяжной «Стройдокументации». Иначе бы ты понял, что, не вникнув в сущность замыслов Шкварцебрандуса, ты не сумеешь понять причину, по которой волшебник сорвал столь важный для престижа герцогства футбольный матч.

Возможно дракон и был прав. Во всяком случае, спорить с ним Максиму сейчас не хотелось.

– «Стройдокументация», она – конечно… – вынужден он был признать исключительную бодяжность нелюбимой науки. – Если загрузить ею мозги, больше ни для чего места не останется. Ладно, давай про своего огуречного бизнесмена, только покороче.

– Я знал, что ты поймешь, – Эмилий был по-прежнему невозмутим. – Так вот, наслушался Шкварцебрандус от «Своры» из алтанийского Гнезда всяких инструкций, вернулся домой и попросил у их светлости герцога Ральфа, чтобы тот ему земли прибавил, якобы для расширения площадей по выращиванию деликатесов и создания местного огуречного изобилия. Их светлость Ральф эту полезную для герцогства инициативу одобрил и даровал Шкварцебрандусу в вечное пользование все земли, которые тот сможет обойти вокруг башни за рабочий день. Начитался в детстве сказок и пошел на такой э-э-э… Ну, скажем, поступил как сказочный персонаж. Так этот хитрец Шкварцебрандус не шел, а бежал и отхватил себе порядочный кусок. Ты должно быть слышал об этой неприятной авантюре.

– Ничего я не слышал. Но понял, что твой Шкварц… Давай я его буду называть первым именем… Так вот, твой Шкварц, хоть он и волшебник, порядочный жлоб. Поджечь ворота во время финального матча! Это же надо! Надеюсь, его отловили и как следует накостыляли.

– Как ты сказал?.. – заинтересовался библиотекарь. – Накостылять… Гм… Накостылять, это вероятно – привести существо к такому состоянию, чтобы оно было вынуждено пользоваться костылями… Так?

– Так, – подтвердил Максим. – Врезать, как следует, чтобы не лез, куда не надо.

– Нет, ему не сумели накостылять, – новое словечко любитель изящной словесности выговорил с особым удовольствием. – Шкварцебрандус сотворил огонь и поджег ворота, находясь на соответствующей безопасной дистанции. Вдали от болельщиков, которые непременно накостыляли бы ему. Хм… Очень выразительное и емкое слово. Уверен, что при дворе герцога оно найдет своих поклонников…

– Но почему он загубил матч? – Максим, на лингвистические восторги Эмилия, внимания не обратил. Студент строительного колледжа знал много слов, более выразительных и емких. – Он что, сектант, ненавидит футбол?

– К футболу он совершенно равнодушен. У него консервативное воспитание и вздорный характер. Он даже не знает, насколько великолепна и занимательна эта игра. Шкварцебрандус устроил пожар на стадионе, чтобы запугать герцога Ральфа.

– Не понял, – признался Максим.

– Видишь ли, этот Шкварцебрандус все время прикидывался лояльным и верноподданным. А когда снюхался со «Сворой», стал сепаратистом, террористом и агрессором.

– Все сразу? – не удержался и пошутил Максим.

– Нет, эти качества проявлялись у него постепенно, – не оценил шутку Эмилий. – Сначала он стал сепаратистом. Землю, которую Шкварцебрандус получил в дар от их светлости герцога Ральфа, он заселил хаврюгами, объявил, что отделяется от герцогства и создает Процветающую Гордую Хаврюганию.