– Меня зовут, – Фаррел помедлил, вспоминая имя, – Тициан, а мою сестру Лукреция.

В этот момент Альвильда подняла на молодого капитана небесно-голубые глаза и нежно улыбнулась. Николь был поражен красотой девушки, ему захотелось любоваться ею, защитить ее ото всех напастей и неприятностей мира и больше никогда в жизни не допускать ее слез.

– Теперь вы в безопасности, Лукреция, – сказал он, поцеловав ей руку. Я тоже путешествую с сестрой, ее зовут Летисия. У нее есть две девушки, которые во всем вам помогут сеньорита, а вас, Тициан, – он дружески похлопал Фаррела по плечу, – прошу располагаться в моей каюте.

– Ну что вы! Разве я могу вас потеснить?!

– Конечно, можете, у меня на корабле две каюты, одну из них я время от времени предлагаю путешествующим со мной друзьям, – сказал Николь и, предложив руку Лукреции, проводил ее в каюту сестры.

Летисия оказалась юной светловолосой девушкой с голубыми, почти прозрачными глазами, ее кожа была покрыта легкими веснушками, которые она, скорее всего, постоянно пыталась вывести и от этого была еще белее. Летисия была по-детски рада, когда одно из ее платьев подошло Лукреции, и с восторгом бросилась ее обнимать и целовать. «Совсем не детские объятия», – подумала Альвильда, но сопротивляться не стала. Затем Летисия лично уложила ей волосы, объявив, что брат приглашает их к себе в свою большую капитанскую каюту.

После обеда капитан, не желая расставаться с Лукрецией, провел для брата и сестры подробную экскурсию по кораблю, рассказывая и показывая, где и что расположено, сколько человек в его команде, кто сегодня дежурит, и кто их сменяет в ночную смену, как быстро поставить и убрать парус. Молчаливый любопытный взгляд Лукреции распылил Николя, и он не заметил, как рассказал все подробности о «Звезде» и ответил на все вопросы Фаррела. Летисия также постоянно была с ними и в свою очередь пыталась сжечь взглядом Лукрецию, называя ее, то божественной, то обворожительной, то сестрой, нежно дотрагиваясь до ее талии рукой или поправляя волосы в прическе.

День прошел незаметно, солнце готовилось упасть в море, и капитан на время откланялся, чтобы дать распоряжение вечерней смене, нежно посмотрев в глаза и поцеловав руку Лукреции. Его сестра отправилась проверить, как идет подготовка к ужину, бросив на прощание горящий от желания взгляд. Названные же брат и сестра остались на носу корабля, наблюдая за приближающимся заходом солнца.

– Ты пользуешься успехом, – с иронией заметил Фаррел.

Альвильда пропустив его слова, сказала:

– Девчонка тоже моя, ты забирай служанок, они милые, их не надо отдавать команде.

– А как же Алан? И с каких пор тебя беспокоит судьба служанок?

– Алану в подарок будет этот корабль. Наша команда вдоволь нарезвится с пленниками, среди них есть несколько симпатичных мордашек. Про девчонок сначала промолчим, а там посмотрим… я сама с ним поговорю, – четко ответила Альвильда и внимательно посмотрела на махнувшего головой в знак согласия Фаррела. Затем она отвернулась и задумчиво сосредоточилась на горизонте. Альвильду беспокоило, что Фаррел всегда с ней соглашается – когда нужно о чем-то промолчать, что-то недоговорить или изменить текст. Он не был привязан к Алану. «Однажды он его придаст», – мелькнула у нее мысль, но она тут же ее отогнала, – «Я буду всегда рядом и увижу это».

Ужин прошел чинно, по всем правилам приличия. Время пролетело быстро – хорошее напитки, для женщин легче для мужчин крепче, жаркое и неспешная беседа обо всем и не о чем одновременно. Уже за полночь Летисия, по предварительной договоренности с Лукрецией, сославшись на усталость, ушла готовиться ко сну. Тициан откланявшись, сказал, что хочет подышать ночным воздухом и полюбоваться на звездное небо, подумав при этом о том, что он сначала заглянет к полненькой служанке, которая его ждет в каюте, в то время как вторая, скорее всего, уже на носу корабля ожидает романтическое свидание. Николь остался с предполагаемой Лукрецией наедине, ото всей души благодаря бога за выдавшуюся возможность.

– Моя прекрасная спутница, очаровательная Лукреция, вы посланы мне всевышним, и я хочу заверить вас в моих самых искренних намерениях, – начал было он, ближе подойдя к девушке и положив ее руку себе на сердце. Но Альвильде за день уже надоели эти высокопарные речи, поэтому она сменила полный наивности взгляд на дерзкий и вызывающий, а лепечущий тон на свою привычную интонацию:

– Николь, давай ближе к делу, а то ночь коротка, многое можем не успеть, – тихо произнесла она и, обхватив шею удивленного капитана, поцеловала его долгим прощальным поцелуем.

Выйдя из каюты, Альвильда нашла Фаррела на носу корабля рядом с лежащей девушкой: – Ну как?

– Полное удовлетворение, – подмигнул ей Фаррел и аккуратно сбросил тело служанки в море.

– Я спрашиваю, ты команду запер в трюме и где ночная смена? – нахмурилась Альвильда.

В ответ Фаррел ей коротко шепнул о месторасположении людей, входящих в ночную смену и они разошлись. Когда все закончили, Фаррел пошел дать сигнал идущей поблизости «Фаусте», в то время как Альвильда зашла в каюту Летисии. Девушка ждала ее абсолютно обнаженной и взволнованной.