— Я исследовала имена шести девочек, которых он убил, — объясняю я. — Две из них из одного города, а две другие — из другого. Только последние две были из разных городов.

Пиллар выглядит задумчивым.

— Четыре города, из которых были девочки, в окрестностях Уоррингтона, Чешир, где родился Льюис Кэрролл, — продолжаю я.

Пиллар ведет бровью вверх.

— Интересно, у девушек есть что-то общее?

— В физическом плане — нет. Нет похожих даже по возрасту или хобби. Кто-то из них блондинки, кто-то брюнетки. Кому-то семь, кому-то четырнадцать.

— Но? — он закрывает ухо рукой.

— Есть кое-что общее в городах, из которых они, — горжусь я своим исследованием.

— Городах? Все любопытнее и любопытнее. — Пиллар весь во внимании.

— Каждый город, из которых эти девочки, в какой-то момент считался тем, что именно там Льюис Кэрролл вдохновился написать про Чеширского Кота.

— Ты же не взяла это из Википедии, верно? — закрывает глаза Пиллар и вздыхает.

— А что не так?

— Википедия для меня, все равно, что Страна Чудес для так называемых вменяемых людей. — Он открывает глаза и потирает их. — Ее не существует. Большинство из ее информации — хворобейщина. Я воспринимаю Хворобей, как противоположное «чудному». Как бы то ни было, продолжай. Что ты думаешь, это значит?

— Сначала, понятия не имела. Я просто думала, что их приближенность друг к другу была немного странной, но потом я поняла, — говорю я. — В каждом из этих городов, в одной из церквей был каменный рисунок улыбающегося кота.

— Улыбающиеся коты? Церкви? Никогда не думал, что эти две вещи совместимы, — Пиллар еще больше заинтересован. — Как называются эти города и церкви?

— Церковь Св. Уилфрида в Греппенхоле, это деревня, примыкающая к месту рождения Льюиса Кэрролла в Дэресбери в Уоррингтоне, графство Чешир, — я прокручиваю страничку вниз на своем телефоне. — Церковь Св. Николая в Карнлее. Это город рядом с Гилдфордом, где жила одна из сестер Кэрролла. Там же он и умер. Безымянная церковь в деревне Кроф-на-Тизе. И, наконец, Св. Кристофера в Пот Шригли.

— В каждой из этой церкви есть изваяние улыбающегося кота?

— В каждой, — киваю я. — И каждая считает, что вдохновила Льюиса Кэрролла на создание Чеширского Кота.

— Это еще та чертова связь, хотя я и не могу понять, к чему это ведет, — говорит он. — Но тела Чеширских жертв были найдены в Кембридже, Лондоне и Оксфорде.

— Туда переехали семьи жертв позже. Но пять девочек родились в более маленьких городках с церквями. Разве вы не видите, что все эти города Льюис Кэрролл либо посещал, либо имел к ним доступ?

— Дай-ка мне над этим подумать? — говорит Пиллар. — Чешир убивает девочек, которые родились в деревнях недалеко от того места, где жил Льюис Кэрролл. И не просто деревни, а в них еще есть какие-то проявления существования улыбающегося кота. Чтобы это могло значить?

— Как я и говорю, я не могу разгадать значение, но это не случайно.

— А откуда Констанция?

Я выпучиваю глаза. Как я об этом не подумала?

— Подожди, ты видимо не нашла этой информации в сети, — он проверяет свой телефон, заходя на какой-то секретный форум или что-то в этом роде. — Минуточку, — он продолжает искать. — Вот. Констанция Ричард, — он останавливается на половине предложения. — В Лондоне.

— Значит, никакой связи с другими девочками? — я разочарована. Еще одна неудача.

— Не обязательно. Кто сказал, что нет какого-нибудь изваяния улыбающегося кота в Лондоне? Я просто об этом не знаю. Твоя теория все еще возможна, — говорит Пиллар.

Над нашими головами вспыхивает свет, мы пристегиваем ремни безопасности. Приехали.

— Мы вот-вот приземлимся, — говорит Пиллар. — Мне надо кое-что сделать. Он встает и поворачивается лицом ко всем в самолете. — Дамы и господа, почетные посетители Ватикана, прошу вашего внимания.

— Сэр, пожалуйста, сядьте, — требует стюардесса, но он ее игнорирует.

— Я — Архиепископ Превосходной Христианской Церкви в Монте Карло, — говорит он. Уверена, что такой не существует. — И я хотел бы, чтобы вы все помолились со мной, прежде чем мы приземлимся.

— Сэр! — повторяет стюардесса. — Пожалуйста, сядьте! Мы вот-вот приземлимся.

— Думаете, мы сможем приземлиться без Божьей на то Воли, юная леди? — говорит он ей, и тут же внимание всех пассажиров оказывается на нем. — Думаете, ваши ремни безопасности спасут вас от гнева Господнего, если Он захочет развалить этот самолет на кусочки?

Стюардесса пожимает плечами, а толпа умоляет Пиллара читать свою молитву о приземлении.

— Ладно, только делайте это быстро, — опускает она голову и уходит.

— За мной, пожалуйста.

Он поднимает руку к потолку самолета и начинает:

— Сейчас, когда я приземляюсь, — и все пассажиры повторяют за ним, все, одним тоном. — Я молюсь Господу с распростертыми объятиями, — теперь это должно стать Ватиканскими Авиалиниями. — Что если я умру прежде, чем мы приземлимся, — не могу поверить, что эта рифмовка так плоха. Почему все эти люди повторяют за ним? — Пожалуйста, не забирай меня в Страну Чудес!