Во всём виноваты новые времена. Только они! А все несчастья начались с исчезновения милой, горемычной буквы. О, литера с двумя очаровательными точками на макушке!

Чудная «ё»!

Новые времена прокатались по Виталику Чушкову трехтонным катком. Блестящий офицер ВМФ, командир торпедного расчета был вынужден уволиться с флота с мизерной пенсией. Страну же скосило голодное время. Виталий стоял у метро с двумя бутылками водки. На продажу! А рядом бывшие профессора, блистательные инженеры, гениальные конструкторы башляли квашеной капустой, батонами колбасы, искусственными членами.

Свежеиспеченную власть Виталий Чушков возненавидел люто. Ждал случая, как с ней расквитаться. Однажды под ногами на асфальте увидел слово «ёлка», написанное детской рукой.

Вот оно! Точно! Когда он в последний раз видел «ё»?

Прибежал домой. Так и есть! Ни в одной газете, ни в одной книжке буквы «ё» не было. Вдруг осенило, а не от того ли развал и запустение в стране, что литеру с рожками отменили, разжаловали подчистую, как его самого разжаловали с флота?!

Кинулся изучать историю вопроса. Так, так… Букву «ё» предложила легендарная Дашкова. Во времена Екатерины Великой честь её укоренения в русском языке принадлежит самому Карамзину.

Вспомнились конкретные случаи. Как на фургоне грузовика было начертано «Королевские котлеты» вместо «Королёвские». Какой, спрашивается, ещё король?

Припомнилось, как дочурка по буквам читала по букварю «елка» вместо «ёлка», «еж» вместо «ёж».

Тысячи примеров!

От этого разброд и шатания. Мозги под откос.

После этого озарения Виталий круто изменил свою жизнь. С раннего утра он принимался бегать по редакциям газет и журналов, требуя у ответственных работников возвращения на страницы многострадальной буквы.

И сразу стало ясно, где окопались враги.

Все редактора поднимали его на смех, а босс «Литературной газеты», Юрий Шапокляк, и вовсе обозвал его склочной козявкой.

Пришлось к голове этого редактора припечатать малахитовую чернильницу с золотыми прожилками.

Шапокляк попал в реанимацию, а Виталий Чушков в кутузку.

Именно там, в каземате, Чушков и познакомился со своим будущим благодетелем и щедрым спонсором Митрофаном Жуковым.

Бизнесмен сделал огромные деньги на продаже жилья глупых алкоголиков и бесполезных старушек, но чем-то не угодил налоговикам и уже пару месяцев куковал за решеткой.

Объединяла Чушкова с Жуковым ненависть к новым порядкам и страстная привязанность к русскому языку.

– Я Чехова обожаю, Бунина, Ивана Тургенева, – хлебал из алюминиевой тарелки баланду Митрофан Жуков. – Я же до перестройки учителем литературы и русского языка был. Тетрадки проверял.

– Классику я не очень, – в свою очередь исповедовался Виталий, припивая из жестяной кружки подслащенную воду. – Вот о торпедах я, наверное, всё знаю. Или почти всё. Я букву «ё» очень люблю.

– Ничего! – улыбнулся Митрофан. – Освободимся, я и тебе и твоей букве помогу.

– Так у тебя, небось, денег не осталось?

– Не боись! В нужном месте у меня кубышечка с золотыми закопана.

Не соврал!

Как только оказались на свободе, а судьбе было угодно, чтобы они освободились в один день, Митрофан передал Виталику энную сумму и попросил:

– Издай книгу о букве-изгое. Напечатай на лощеной бумаге. Под яркой обложкой. Пусть Россия вздрогнет, поймет, наконец, откуда беды.

Книга за живые деньги была издана в рекордные сроки. Времена-то коммерческие. Заплатил – и ты на коне. Обложка на загляденье. Бумага – атлас.

К крайнему изумлению подельников книжка прочно завязла на прилавках магазинов. Россиянам бы покушать чего, а не читать.

– Рекламный ход нужен! Раскрутка! – играл желваками Митрофан Жуков. С выкопанной кубышкой он чувствовал себя по совместительству Богом.

Наштамповали наклейки для метро, майки, дорожные щиты с надписью: «Ё – наша буква!»

Книга пошла, но не очень.

– Партию нужно организовывать! – ударил кулаком по столу Митрофан Жуков.

– Какую партию? – обомлел Чушков.

– Партию защиты буквы «ё». А назвать её, – Митрофан глубоко задумался, – «Ё – моё!»

– Думаешь, в неё пойдут?

– Увидишь!

В партию ринулись десятки, сотни, а потом и тысячи обездоленных людей, которым уже надеяться было не на что. Только на букву.

Возле Белого Дома стали появляться пикеты с транспарантами «Ё – моё!», «Виталий Чушков – наш Президент».

– Какой из меня президент? – изумлялся Виталик. – Что я знаю?

– Главное, – хлопал его по плечу Митрофан Жуков, – не меньжуйся. Перестройщики подняли Россию на дыбы, ты опустишь.