– Забирайся внутрь. Надевай костюм.

Я влетела в «Осу», ударившись о консоль. Скафандр здесь был ни к чему, потому что внутри кабина была герметичной. Матиас, как всегда, проявлял чрезмерную предосторожность. Но спорить я не стала и сделала, как он велел, втиснувшись в узкий костюм, пока он отправился открывать воздушный шлюз.

Наконец бешеная тряска прекратилась, и «Огненная Птица» выровняла курс. Однако гравитация все еще была отключена, и мы болтались в невесомости. Матиасу пришлось открывать кормовой шлюз вручную. Я взглянула на него и заметила, что его униформа спереди разорвана. Видимо, тот трос все-таки ударил его в грудь. Я выплыла из кабины и направилась к нему проверить, не ранен ли он. И в ту же секунду я перевернулась вниз головой, повиснув, держась за строп, так как все подвижные объекты резко влетели вверх. Наш корабль стремительно падал. Я держалась изо всех сил, как и Матиас. Должно быть, мы попали в гравитационное притяжение Иктуса. Инструменты, осколки стекла, тела людей – все придавило к потолку ангара. Я сжала челюсти, чтобы сдержать крик: наверху среди обломков была Сендия. И Пееро. Оба выглядели так, будто потеряли сознание. А может быть, и хуже.

Корабль ушел в пике, и инструменты загрохотали, перекатившись к хвосту корабля. Шлюзовая камера была теперь на самом верху. Слишком высоко, чтобы дотолкать до нее «Осу», даже с мускулами Матиаса. Мы не могли ее даже просто снять с креплений, иначе бы она тут же упала и разбилась.

– Хранитель Роу! Воспользуйтесь лебедкой. Я могу показать.

Это был механик Фот. Его лицо и руки кровоточили от порезов. Он пробирался по поднятой вертикально палубе, волоча подвязанные на ремне тросы и блоки.

Фот вскарабкался к шлюзовой камере и зацепил один из блоков за фланец, затем размотал и сбросил мне вниз строп. Мы с Матиасом прикрепили к нему «Осу». «Огненная Птица» начала грохотать, дергаясь взад-вперед. Каждый толчок отдавался мощной вибрацией так, что зубы во рту клацали.

– Должно быть, мы вошли в атмосферу созвездия Рыб! – прокричал Матиас. – Влезай и оставайся внутри.

Он запихнул меня в «Осу», и я без возражений выполнила его приказ. Через открытый люк я видела, как Фот выпал из шлюзовой камеры и поплыл к большой стальной катушке с рукоятками по обе стороны – должно быть, лебедке, которая была одного с ним размера, и ему пришлось втиснуться прямо внутрь лебедки, чтобы посадить второй конец стропа на шпиндель.

Только Фот попытался повернуть рукоятку, как рывком корабля его отбросило в сторону. Он попытался снова, и Матиас бросился ему на помощь. Корабль снова дрожал, и его начало бросать из стороны в сторону, но откуда-то из тени выползли другие механики. Они все вместе взялись за рукоятку и попробовали повернуть ее. В следующую минуту заработало корабельное подруливающее устройство, и мы начали кабрировать [3] . Игнус, похоже, восстановил контроль над системой управления.

Все, что не было прикреплено, с грохотом упало. Я не осмеливалась посмотреть на Пееро и Сендию, опасаясь самого худшего. Как только траектория «Огненной птицы» выровнялась, Матиас начал отсчет, и вся команда навалилась на рукоять, протащив «Осу» на метр вдоль палубы. Ритмичными толчками «Оса» в конце концов придвинулась к шлюзу. Все это время я сидела внутри. И теперь я знала, что делать. Это было мое задание и мой риск. И я не позволю Матиасу умереть вместе со мной. Я осмотрела шлюзовую камеру и просчитала в голове каждый шаг. Я не представляла, что мне придется действовать без электроэнергии, но теперь мне надо было делать все очень быстро. Пока остальные блокировали лебедку, я вышла из «Осы» и всем телом навалилась на внутреннюю дверь воздушного шлюза, пытаясь закрыть ее за собой. Когда Матиас заметил, что я делаю, он взревел, умоляя меня остановиться.

– Я с тобой, Роу! – Он ринулся ко мне. – Не делай этого! Умоляю тебя!

– Лети на скифе! – закричала я в ответ. – Это мое дело!

Я снова попыталась закрыть шлюз. Матиас рвался ко мне, и глаза его горели исступлением. Он перепрыгнул через упавшую балку. Казалось, он пытался мне что-то сказать, но слова его тонули в реве моторов.

Наконец, дверь шлюза закрылась, и я ее заблокировала. Матиас стучал кулаками с той стороны, и сердце мое сжималось от боли. Я попыталась отгородиться от звуков, от мыслей, от чувств и влезла в «Осу».

Не в силах унять дрожь, я сдернула неуклюжие компрессионные перчатки, включила зажигание и отпустила тормоз. Затем нажала кнопки на панели управления в нужной последовательности, радуясь, что сегодня повторно прошла учебный курс. Вдруг я услышала по радио голос Матиаса: «Не уходи без меня. Пожалуйста».

«Прости, Матиас. Я сделала слишком много ошибок, серьезных ошибок, но взять тебя с собой стало бы худшей из них».

Я с дрожью втянула в себя воздух. «Это был мой выбор бороться с Окусом, не твой. Вспомни, что ты сказал мне, когда я пошла на встречу с Мойрой… поверь в меня снова. И я вернусь к тебе». Затем, выстрелив из лазерного оружия, я вынесла внешнюю дверь шлюза. Вместе с потоком воздуха мой вертолет, вращая лопастями, вылетел наружу и устремился к звездам.

Как только я установила курс «Осы» и смогла оглядеться, то увидела, насколько поврежден корпус «Огненной Птицы». Корабль плыл над пепельными верхними слоями облаков, окутывающих Иктус, и три секции в его нижней части были полностью оторваны. Он выглядел как распотрошенный кит. Я поразилась, что он вообще летел. Игнус вел корабль к космической станции, что виднелась на горизонте. Белоснежный сверкающий шестиугольник медленно вращался над Иктусом. «Огненная Птица» должна была довольно долго находиться в воздухе, чтобы удачно состыковаться. Овенский эсминец «Кситиум» летел совсем рядом, сопровождая корабль к станции. Команда «Огненной Птицы», скорее всего, нуждалась в помощи, поэтому я порадовалась, что рядом у нее оказались друзья.