— В университете.

— Ты же почти не ходил в университет, так ведь?

— Ну... да... но...

— Значит, согласившись пойти в университет, ты в итоге познакомился с Нилом, а он в свою очередь поспособствовал тому, чтобы произошло, по твоим словам, лучшее событие в твоей жизни.

Мой вывод поразил Уэга.

— Может, послать ему открытку?

Я мгновенно понял, что Уэг свое знакомство с любимой девушкой относил за счет везения. Но благодарить за свое везение ему следовало самого себя. Он просто этого не сознавал. Несколько раз подряд он сделал «правильный» выбор, что и привело его, с бас-гитарой в руках, к его девушке. Наверное, каждый человек — кузнец своего счастья. Наверное, каждый способен изменить свою судьбу. Возможно, нет такого понятия, как «удача» — есть просто ряд возможностей, которые мы сами для себя создаем. Пожалуй, только став свидетелем того, как отрицательный ответ на что-то изменил к худшему твою жизнь, начинаешь осознавать ценность позитива — малюсенькие, пустяковые возможности ответить на что-то согласием, которые представляются нам каждый день.

Это был момент откровения. Возможно, мы и в самом деле способны менять свою жизнь к лучшему с помощью одного простого слова «да». «Да» свело меня с Лиззи, так, может, вместо того, чтобы предаваться унынию и оплакивать несбывшуюся мечту, мне стоит опять обратиться к помощи «да». А вдруг благодаря «да» я сумею забыть ее. Может быть, «да» еще раз спасет меня. С утратой Лиззи в моей жизни образовалась пустота, которую необходимо заполнить. Я обязан сделать выбор.

Я нашел телефон Кристен, который дала мне Ханна, сделал глубокий вдох и позвонил.

В ту ночь я никак не мог заснуть. Меня снедало беспокойство. Тому было несколько причин. У меня состоялся довольно неловкий разговор с Кристен, она назначила время и место встречи, и я сказал: «Да, чудесно, так и сделаем». Но правильно ли я поступаю? Я еще ни разу, ни разу в жизни не ходил на свидание с незнакомой девушкой. Ханна считает, что мне знакомство с Кристен пойдет на пользу. С другой стороны, Ханна, например, считает, что вполне допустимо жужжать в 5 утра самым громким миксером. А Лиззи как к этому отнесется? Верно, у нас с ней нет будущего, но не слишком ли я... тороплюсь? И еще кое-что не давало мне покоя. Я был уверен, что Провокатор приготовил мне очередную пакость. Мне не терпелось вывести его на чистую воду. Каждые две недели он придумывал что-нибудь новенькое — что-то все более и более мерзкое, и я знал, что очередная его каверза не заставит себя ждать. К тому же Джейсон — если это и в самом деле Джейсон — постоянно поднимал ставки. Сначала было «надень это», потом — «съезди туда», затем — «измени правила»... Я должен найти его как можно скорее, пока он не начал играть по-крупному. Каким будет его следующее распоряжение? «Лети туда»? «Беги сюда»? «Убей того-то»? Пора принять упреждающие меры. Хватит потакать его прихотям. Его нужно остановить.

Я встал и включил свой компьютер. Первым делом я направил еще одно сообщение на адрес бесплатной электронной почты.

А потом, дабы быть уверенным, что я прикрыл все углы, я отправил очередное сообщение Тому.

Я отослал сообщение и со вздохом откинулся на спинку стула.

Мне необходимо разрешить эту загадку.

Два дня спустя вечером я сидел в пабе на углу Оксфорд-стрит с Полом. Это был тот самый человек, что позвонил мне на днях утром и выразил желание мило со мной побеседовать.

Полу было за сорок. Симпатичный мужик с симпатичной аккуратной стрижкой, в синем костюме. Мне бросились в глаза его массивные часы и туфли с тиснением на коже. Наша приятная беседа началась хорошо, но потом приобрела некий странный характер.

— О бордер-терьерах столько всякой чуши болтают, — сказал он.

Здесь я вынужден немного отвлечься. Весь вечер мы с Полом говорили об одних лишь бордер-терьерах... точнее, говорил один только Пол. Фраза «давайте мило побеседуем» подразумевает — и, я надеюсь, в этом вы со мной согласитесь — диалог двух человек. В понимании же Пола эта фраза, очевидно, означала следующее: «Я готов слушать твой нескончаемый монолог на тему, в которой разбираешься ты один». В общем, он говорил и говорил.

— Во-первых, — продолжал Пол, что меня мгновенно повергло в ужас, ибо я знал, что он не заткнется, пока не перечислит всю ту «чушь», которую «болтают», — многие утверждают, что бордер-терьеры не линяют. И глубоко заблуждаются. Бордер-терьеры линяют, причем некоторые линяют очень сильно. Вопреки бытующему мнению они не относятся к нелиняющим породам.

— Ладно, понял, — сказал я.

Но Пол еще не закончил.

— Во-вторых, — продолжал он, энергично ткнув пальцем перед собой, — многие утверждают, что бордер-терьеры легко поддаются натаске. Что мы подразумеваем под словом «легко»?

Пол рассмеялся так, будто среди начинающих собачников это была самая распространенная и нелепая ошибка в отношении бордер-терьеров. Рассмеялся и вновь спросил:

— Знаешь, что я имею в виду, Дэнни? Что мы подразумеваем под словом «легко»?

— Конечно, — ответил я. — Это может означать что угодно.