— Поддеть?

— Выведи их из себя. Они слывут самыми невозмутимыми людьми на свете. Попытайся их рассердить. Это будет сенсация, гвоздь программы.

— Рассердить монаха? — недоверчиво произнес я. — Ничего не выйдет! Они же спокойны, как слоны!

— Ну... попытка не пытка. Хоть будет что вырезать при окончательном монтаже. Придай своему репортажу остроты. Покажи более темные стороны монахов.

— У них нет темных сторон.

Честно говоря, мне эта затея не улыбалась. В конце концов, Робин предложил залезть в душу к буддийскому монаху, но не дергать же его за титьки. С другой стороны, ведь это совет профессионального телевизионщика! К тому же я знал, зачем я здесь, и вовсе не хотел строить из себя капризную примадонну. Посему я кивнул и сказал, что это хорошая идея. По сути, это был единственный выход.

Нехотя я стал думать, как бы мне рассердить буддийского монаха.

Я бродил по замку, перебирая в уме разные способы и средства.

Через некоторое время мне предстояло познакомиться с Самтеном, и я вовсе не хотел, чтобы он принял меня за извращенца, питающего ненависть к монахам. И вдруг я увидел пруд. Если все мои задумки не дадут результатов, рассудил я, всегда можно столкнуть монаха в воду. Хотя, пожалуй, это слишком. Да и негоже подавать дурной пример. Что, если в отдаленном будущем молодые люди, пожелавшие пойти по моим стопам, из моего опыта усвоят только то, что надо напиваться и сталкивать монахов в пруд?

— Значит, через некоторое время ты встречаешься с Самтеном? — спросил какой-то монах, сидевший на скамье, куда я присел на минутку, чтобы успокоиться.

— Да, надеюсь, — ответил я.

— Здорово. Тебе повезло. Он потрясающий человек. Тебе понравится. Он удивительный.

— В самом деле?

— Да. Он удивительный.

— Чем же?

— Чем? Да тем, что он удивительный. Когда говоришь с ним, кажется, что ты единственный человек на свете. Он самый духовный из всех людей, которых тебе доведется встретить. Все знает. О чем бы ты его ни спросил, у него на все есть ответ. И он потрясающе терпелив, образец терпения и выдержки для всех, с кем он общается.

— И впрямь неординарный человек, судя по твоим словам, — сказал я с искренностью в голосе.

— Да. Неординарный, — подтвердил монах. — Удивительный.

Неожиданно кто-то меня окликнул. Я повернул голову на зов и в одном из окон замка увидел Джима.

— Дэнни! Ты готов?

Я кивнул и начал собираться с мыслями.

— Вот скажи... — обратился я к монаху, сидевшему подле меня. — Я просто так спрашиваю, к делу это отношения не имеет, правда... что вызывает раздражение у таких, как вы?

Монах сделал глубокий вдох и погрузился в раздумья.

— Война, — наконец произнес он.

— Война?

— Война, — повторил монах и, обратив ко мне свое посуровевшее лицо, кивнул.

Боже. Значит, чтобы рассердить монаха, я должен развязать войну; да, сегодня будет тяжелый день.

— Итак, Дэнни, — сказал Робин. — Самтен тебя ждет. Просто возьми у него обычное интервью, хорошо?

— Ясно. Я готов.

Джефф подмигнул мне и жестом показал, чтоб я не робел. А потом в комнату вошел самый рослый монах на свете. Он улыбнулся и пожал мне руку.

— Самтен, — представился монах.

— Ну и ну! — в изумлении воскликнул я. — Вы самый высокий монах на свете! Должно быть, вы король монахов!

— Хм... спасибо, — сказал Самтен, приняв мои слова за комплимент, хотя я просто констатировал факт. — Что, может, присядем в холле и побеседуем?

Самтен говорил тихо, спокойно, так что любая его фраза вызывала доверие. Он мог бы сказать: «Давай привяжем на твое лицо кусок ветчины и приведем к тебе в дом волка?», и я бы ответил: «А что, давай! Так и сделаем!»

В общем, я сел, как и предложил Самтен, в холле замка Добройд. Съемочная группа принялась устанавливать телекамеры и микрофоны, а мы с Самтеном тем временем вели неспешный разговор. Я мгновенно проникся к нему симпатией. У него было доброе лицо, на котором сидели круглые очки, аккуратно остриженные короткие волосы. Улыбка почти не сходила с его губ.

— Должен сразу вас предупредить, — сказал я. — Я первый раз беру интервью. Так что, возможно, не все получится.

— Все у тебя получится, — успокоил меня Самтен, и я ему поверил.

— Вы когда-нибудь видели шоу «Ричард и Джуди»? — спросил я.

— Нет, — ответил Самтен. — У нас здесь нет телевизора. Но если о нас сделают передачу, это нам очень поможет. Мы живем на пожертвования и рассчитываем на помощь людей, которые приходят к нам, на их навыки. За проживание они могут платить не деньгами, а работой, которую умеют выполнять. Например, электрик может обеспечивать надежность электропроводки. Человек, разбирающийся в садоводстве, может ухаживать за садом. А человек твоей профессии...