Студия ребят располагалась на третьем этаже, и первое, что предстало моему взору, когда мы с Костей и Кариной вошли туда – это переливающийся разными оттенками высокий потолок, полностью обклеенный дисками.

– О, невероятно красиво!
– в эмоциях выпалила я.

– Ты про потолок? – спросила Карина, заходя следом за мной. – Это всё Костя с Антоном. Откопали отовсюду сотню старых ненужных дисков, и вот что вышло.

– Наконец-то! – радостно воскликнул Макс, оторвавшись от чая. Это был парень среднего роста, с темной косой челкой, и довольно накаченной мышечной массой. – А то я уже три бокала пропустил, пока вас дождешься. У нас сегодня пополнение?

– Привет, - с улыбкой проговорила я. – Если никто не против.

– Против? – с довольно серьёзным выражением лица спросил Антон, наигрывая что-то на гитаре. – Располагайся как дома. Но знаешь, какое главное условие?

– Не стесняться и не скучать?
– спросила я, расстегивая пальто.

– А ты подготовлена, - улыбнулся он.

– И у меня к вам тоже есть условие, - заявила Карина, снимая дубленку, под которой был белый, вязаный свитер с широким горлом. – Не материться. Особенно к Максу относится.

– Вот нормально! Взяла и опустила сейчас. Когда я в присутствии девушек в последний раз матерился?

– А то ты не помнишь!

– Серьёзно, Макс. Тебя на прошлой репетиции так по-жесткому накрыло. Я таких матерных потоков со школьных времен не слышал, - не выдержав, взорвался от смеха Костя.

– Не напоминайте! Я вообще не помню, что я тогда делал и что говорил, но такое со мной было всего один раз в жизни. Всё, забыли.

Помещение, которое арендовали ребята, было довольно большим по размеру и предназначалось скорее всего для репетиции танцев, поскольку центральная стена, у которой стояли музыкальные инструменты, была полностью зеркальной, три другие - отделаны кирпичом, выкрашенный в белый цвет. На пол ребята настелили ковров, поэтому прежде, чем войти в студию, нужно было обязательно разуться. Из большого окна с широким деревянным подоконником, заставленным многочисленными дисками в футлярах и старым музыкальным центром, открывался вид на многолюдную улицу. Слева от входа стоял маленький холодильник, небольшая тумбочка и круглый стол с белыми ножками, вокруг которого выстроились несколько простых, старых деревянных стульев, покрашенных, так же, как и стол, в белый. А разбавляли всё это ярко оранжевые торшеры, расставленные по разным углам комнаты. По возможности я бы с радостью поселилась в этом месте.

– Анжел, присаживайся, - проговорила Карина, указав на стул возле небольшого круглого стола. – Ребят, а где Игорь? Он придет?

– Ещё бы он не пришел!
– ответил Костя, взяв с подставки гитару. – Он звонил часа полтора назад с работы, сказал, что задержится немного. Переустанавливает винду кому-то.

– Народ, а что играем сегодня? – спросил Антон. – Вы второй куплет дописали? – обратился он к Косте с Кариной.

– Дописали. Очень лирично получилось, как ты и хотел, - подмигнула Карина их другу. - А что там с соло? Я слышала несколько секунд его, когда Косте звонила, но он так быстро ушел в другую комнату и законспирировал тебя, что мое любопытство едва ли не съело меня в ту же минуту.

– Почти готово, я только немного изменил его, сейчас чуть нежнее звучит.

– Не просто нежнее, - заметил Костя.
– Соло получилось просто охренительным! Ну, женская половина точно оценит, потому что у Антона вышло до боли проникновенно.

– Блин, не травите душу, а то уже не терпится послушать, - протянула Карина, присев рядом со мной.

– Осталось дождаться Игоря, - заметил Антон. – О, пока не забыл, Макс?

– Да?

– Ты принес шнур?

– Да, он вон там на подоконнике лежит, - кивнул парень в сторону окна.
– Ещё бы я его забыл! Ты мне вчера за вечер раз двадцать точно про него напомнил.

– Я знаю, что ты у нас мистер ответственность, - рассмеялся парень, вспомнив, как Макс психанул, когда Антон в полночь позвонил другу с вопросом: "Макс, шнур положил?".
– Кстати, там чайник горячий ещё?

– Остывший уже был, я поставил его заново кипятить. Будешь?

– Ага, - ответил Антон, поставил гитару и направился к столику. – Анжел, ну что, как тебе тут?

– Очень нравится, - ответила я, немного растерявшись. Антон был примерно такого же роста, что и Костя, с тонкими, вытянутыми чертами лица, на котором акцентом проступали серые, пленительные глаза. Единственный в группе с коротко остриженными темными волосами, приподнятыми у лба, что придавало ему некой брутальности. На шее у Антона располагалось небольшое тату с изображением японских иероглифов. Как рассказывала Карина, их друг набил это ещё учась в школе. – Такая творческая, но в то же время домашняя атмосфера.

– У нас даже была мысль переехать сюда, - на полном серьёзе произнес Антон.

– Ага, когда их с Костяном и Игорем хотели выселить из квартиры, - рассмеялся Макс. – Ладно хоть, что хозяйка сжалилась и не забрала у них ключи, а то бы они тут такой срач устроили.

Я не выдержала и тоже прыснула от смеха.

– А вы давно втроем живете?

– Если не ошибаюсь, - Антон задумался, опустившись на стул. – Полтора года. Да ладно?! – воскликнул он, сам удивившись своему ответу. – Всего полтора года? А такое чувство, что лет пять уже.

– Это в хорошем смысле такое чувство?

– Когда как, - признался он. – Иногда всё идеально: чисто мужская компания, никаких нотаций родителей, свобода… Но временами у нас чуть ли не гладиаторские бои. Да и готовить надоедает самим, тем более, что никто из нас троих нормально этого делать не умеет.

– Вот что значит жить без женщин, - подмигнул ему Макс.

– Но это лучше, чем с родителями. Анжел, а вам как с Кариной? Мне всегда казалось, что двум девушкам в одной комнате вообще нереально выжить.