– Угощайся, оголодал совсем, – полковник сам снял с него наручники.

Мурад воспринял настороженно такой подход к себе. Время, проведённое в застенках, сделало его недоверчивым ещё больше, чем прежде.

Полковник видел его состояние и заговорил:

– Я друг твоего отца Абакара. До сих пор сожалею, что потеряли мы такого человека. Он был достойным сотрудником с многообещающей карьерой. Но случилась беда, и самое ужасное, что ты, его сын, сидишь в стенах тюрьмы. Скажу по существу, у Саидова на тебя есть неоспоримые доказательства твоей вины, показания кого-то из твоего окружения. Это закрытая информация, просто слушай и делай выводы. Твои родственники не отвернулись от тебя и просят меня помочь. Сегодня я должен продлить санкцию на твой арест до суда, но рука не поднимается это сделать. Ты попал в историю не в то время и не в том месте. Уже не изменить этого. Знаю, что тебе готовят погибель в застенках, и я принял решение отпустить тебя под подписку о невыезде. Аргументирую это тем, что тебе нужно восстановить паспорт, и ты никуда не денешься.

– Но у меня изъяли паспорт при аресте, – искренне сетовал Мурад.

– По записям в протоколе задержания у тебя отсутствовали документы.

Мурад понял, что лучше слушать, чем говорить.

– Не позорь память своего отца. Ты знаешь, что делать.

Мурад опешил от такого поворота событий и откровенного доброжелательства со стороны прокурора.

– Иди, ты свободен до суда.

Последние слова были сказаны в приказном порядке, и полковник занялся изучением каких-то документов, лежащих на столе, показывая тем самым, что разговор окончен.

Мурад вышел из кабинета и прошёл по коридорам на выход. В дежурной части ему протянули постановление, и он оказался на открытом воздухе. В ногах появилась дрожь, а тело потряхивало, его качало от избытка кислорода.

– СВОБОДА, что может с этим сравниться.

Мысли не выстраивались в логические умозаключения. Мурад пошёл быстрой походкой, не оглядываясь на здание прокуратуры. Из окна автомобиля за ним наблюдал майор Саидов, с перекошенным от злобы лицом.

– Пока тебе везёт, счастливчик, – оскаливаясь в улыбке, говорил он.

– Живи своей жизнью. Только любовь может спасти душу. Езжай к своей Марии. Пиши мне, когда устроитесь. Время исправляет многое, надеюсь, у тебя есть Ангел-хранитель.

Тётя Вера протянула большой конверт Мураду и обняла его по-родственному. Глаза её были полны слёз. Она не была похожа в этот момент на партийного руководителя, а выглядела родной и близкой.

В поезде Мурад проводил время за чтением книги, где герой боролся в одиночку с лицемерием и попал в тюрьму по ложному доносу. Сейчас он знал, что за решёткой мир, не пригодный для людей с благородными принципами.

Мурад старался не выходить из своего купе на протяжении всей дороги. Охотно слушал беспечные рассказы попутчиков об их приключениях и наслаждался жизнью. Его душевный порыв устремлялся на берег Белого моря, к встрече с ней, с его Марией.

Мурад благополучно добрался до знакомого и ставшего для него своим города Ангельска.

Через несколько месяцев в Республику Дагестан приехала комиссия для рассмотрения методов работы структур власти в республике. Данный механизм экспертной проверки был запущен по большому количеству докладных от сотрудников ведомства, работающих в этом регионе. Майор Саидов был непосредственным сигнализатором на пробелы в работе руководства.

Полковник Магомедов был рад возможности встретиться со своими коллегами и друзьями у себя на родине. В послевоенные годы эти люди, не жалея своих сил, начинали свой путь в эшелонах третьей власти. Обсудив злободневные вопросы, руководители отметили встречу грандиозным застольем, сопровождаемым гостеприимством дагестанцев.

Был вызван с отчётом майор Саидов, явно желающий продвинуться по службе. Выслушав его доводы, не нашли отклонений в работе начальства. Он с особым усердием озвучивал факт тяжкого преступления, по которому проходил Мурад. Его попытка уличить в халатности полковника Магомедова оказалась неудачной. Доказательной базы состава преступления оказалось недостаточно, только косвенные показания человека, который предполагал, что преступление совершил Мурад, и всё. Это послужило поводом вспомнить коллегу, отца Мурада. Саидова отстранили от ведения дел на год и предложили пройти переаттестацию. Майор сделал вывод, что он мало понимал до сих пор в человеческих ценностях, и ему не помогли все знания психологии и оперативной работы. Напомнил ему полковник Магомедов и то, что он пытался содействовать гибели Мурада, когда тот находился под следствием… Пытаясь отработать взятые деньги за «создание проблем, не совместимых с жизнью» для Мурада, майор Саидов сам попал в неприятности.

Мария возвращалась с работы поздно. Она была на хорошем счету, на своём участке всегда бралась за дополнительную работу. Чаще не ради денег, а из-за своей привычки быть добросовестной во всём. В комнате к тому времени она проживала одна. По настоянию мастера участка ей создали приличные условия для проживания, так как она устроилась на постоянную работу. У дверей комнаты сидел на чемодане Мурад.

– Здравствуй, невеста, я вернулся, – сказал он обрадовано.

Мария поздоровалась полуофициально и пригласила его к себе в комнату. Накормила ужином и поинтересовалась, почему он легко одет. Погода стояла прохладная, и к тому времени выпал первый снег, который растаял.

– У нас в Дагестане тепло, – с улыбкой говорил ей Мурад, – торопился к тебе, что даже не позаботился о такой мелочи.

– Попробуй воды из нашего родника в горах, – протянул он ей наполненную флягу.

Вкус очень понравился, и было заметно, что она оценила свойства чудной воды.