– Нет, - Лира вздохнула. – Дэви всё больше удаляется с пути Бездны. Скоро он может пойти против Неё, и тогда мне придётся встать на защиту Госпожи, - она сказала это – и испугалась. Даже сердце болезненно ткнулось в грудную клетку маленьким раненым зверьком. Да, так будет, и очень скоро! Глашатаю Бездны придётся встать на пути владыки вампиров!

Хиам здорово разволновался от этих её слов. Его голос задрожал:

– Тогда… Это всё меняет, леди Лира. Я останусь здесь, с вами. Вы можете рассчитывать на любую мою помощь… -

Он говорил всё горячее, уверенней… А Лира осторожно коснулась платья на груди, там, где по-прежнему больно кололо сердце. Обзавестись помощником в нелёгком деле голоса Бездны? Это было бы великолепно! Сильный вампир, хозяин зверей, к тому же, беззаветно преданный ей одной. И младшего Калькара нельзя назвать навязчивым, он не тот, кто способен разбить хрустальный трон её одиночества...

«Соглашайся, Лира! Почему ты медлишь?»

Она глубоко вздохнула - вдохнула окружающую черноту, пустоту. Лира была абсолютна уверена, что равнодушна к молодому Калькару. Это не любовь. Что же до сих пор так больно колет её неживое сердце?

«Он пойдёт за тобой, он убьёт за тебя и падёт потом – за тебя. Нет, нет! Глашатаю Бездны не нужны такие жертвы!»

– Благодарю, Хиам. Но помощь мне не нужна.

– Леди Лира…

Она запрещающее подняла ладонь. Вампир не увидел это, но почувствовал волну холода, шедшую из кончиков пальцев голоса Бездны.

– Правда, не надо, Хиам. Я знаю, чем это кончится: твоей смертью. Однажды я уже предчувствовала, что те, кто пойдут за мной, погибнут, но малодушно не предупредила их. И они мучают меня до сих пор! Хватит. Я должна быть одна.

Лицо вампира застыло – ледяная маска:

– Леди Лира! Вам не лишить меня свободы выбора, как поступать. Если я решил защищать вас, я…

– Я хочу быть одна, Хиам, - Лира сделала ударение на новом слове: «хочу». Такое маленькое смещение акцента – и серебряное копьё в сердце собеседника! Хиам ничего не сказал. Потерянно вздохнул и совсем скрылся во тьме. Лира не спеша возвратилась к Дэви.

Слышал этот разговор владыка, или нет, но его отношение к бывшей охотнице вновь изменилось. Он больше не требовал постоянно быть при нём и скоро вовсе отправил её к группе Гелера - на поиски избранного…

– Владыка за двести лет не сделался предсказуемым, - заметила Лира о своём назначении друзьям-вампирам. Гелер усмехнулся, а Адам Митто задумчиво сказал:

– Иначе он бы уже не был владыкой. Не обольщайся, Диос. Ты здесь не потому, что по мнению Дэви способна нам помочь. Ты здесь потому, что у владыки сейчас время важных встреч и важных разговоров и ты, хвостик, будешь ему мешать.

Лира проглотила обиду, спросила спокойно:

– Что за важные встречи?

– Тебе знакомо имя Крас?

– Да. Главный покровитель ордена. У него какие-то дела с Дэви, как с владыкой вампиров? Он же вас ненавидит.

– «Нас», вампирша Диос. Всё изменилось. Грядёт новая война с орденом, и по крайней мере в первой битве Крас будет на нашей стороне.

Лира пожала плечами, отвернулась к окну. За ним была холодная дождливая меторская осень. Сообщение Адама не взволновало её, хотя оказалось неожиданным. Война? За Дону? Хм-м. Лира хорошо помнила орден. Владыке не победить их. Хотя, если Крас будет на стороне carere morte… - Лира зябко повела плечами и придвинулась к стеклу ближе, едва не касаясь его носом. Ей было скучно. В грядущих сражениях - знала она – ей опять не будет места. Её вечная участь: наблюдать со стороны, наблюдать и ужасаться, ужасаться и гадать, какова доля её вины в происходящем.

В Меторе им не удалось найти избранного. Слухи о вампире, обращённом кровью владельца дара в мумию, оказались верны, но за давностью лет восстановить произошедшее не оказалось возможным. Кроме того, Гелеру здорово мешала группа охотников. Скоро они оставили Метор. Поблуждали в окрестностях Доны, смещаясь всё южнее, и к лету восемьдесят шестого оказались в Прэсто.

Прэсто – городок у тёплого моря. Курортное местечко. Сюда приезжали лечить хронические болячки, и не напрасно: Лира с удивлением подметила – пустоты здесь было немного. Этот кусочек мира был живым, не то что блёклый север! Да, вПрэсто вампирского, тёмного – того, что печатью лежало на северных землях.

Вампиры все искал избранного, точнее, избранную – в Прэсто ходил упорный слух о таинственной целительнице carere morte. А Лира отдыхала. Она отыскала пустынное местечко на морском берегу и ходила туда любоваться закатами и восходами почти каждый день. Она сидела на горячем сухом песке, пересыпала песок из ладони в ладонь или просто держала на открытой ладони и ждала, когда песчинки унесёт ветер. Песок сыпался с лёгким шелестом, и Лире казалось, это она сама истончается и рассыпается, это её по крупицам тёплый ветер уносит в небо. Иногда она проходила дальше, до галечного пляжа, и перебирала гладкие камни, обведённые кругами соли, выкладывала из них узоры или просто грела в руках – занятие, достойное двухлетнего ребёнка. Порой Лира вспоминала, что эти камни, холодные и тяжёлые, бессчётное число эпох назад были живыми, странными существами, населявшими совсем ещё молодую планету, и эти мысли нравились ей. Они словно приближали её к жизни, заставляли почувствовать связь между всеми когда-либо жившими существами.