Чарли Росс переходит дорогу на перекрестке, и Йоханссон сворачивает за угол.

Навстречу движется еще один патруль. Йоханссон проходит слишком близко от них, и охранник впивается в него напряженным взглядом. Опустив глаза, Йоханссон старается не смотреть на патруль, а лишь боковым зрением следит за высокой фигурой на противоположной стороне.

Росс сворачивает за угол. Йоханссон следует за ним. Они выходят на улицу, и Йоханссон замедляет шаг, позволяя Россу скрыться за углом.

Затем он переходит на бег и сокращает расстояние.

Остановившись, оглядывается по сторонам – он никогда не был здесь раньше.

Здания окутаны туманом и плохо различимы. Слышны крики, затем громкие рыдания. Мужчина переваливается через подоконник и плачет, свесив голову вниз.

Чарли Росс исчез.

Единственный человек, который способен его узнать и не забыл его связь с делом Терри Канлиффа, находится сейчас в Программе. Как это произошло? Ошибка? Или совпадение и вместо Росса был кремирован человек с такой же ДНК? Сейчас это уже не имеет значения. Важно лишь то, что Чарли Росс жив. Чарли Росс может его опознать, и на его милость надеяться не приходится. Только не после того, что он сделал с Терри Канлиффом.

Росс был врагом Кийана, и если он находится в Программе, то лишь с разрешения Кийана, по его соизволению, благодаря терпимости, которая может закончиться в любую секунду. Но теперь Росс может сделать для Кийана то, что не позволила сделать Карла восемь лет назад: принести в жертву жизнь четвертого человека, отправленного к Терри Канлиффу.

Восемь часов вечера понедельника. Терраса на крыше моей квартиры на сорок первом этаже. Туман, обернувший дом ватой, наконец пополз вверх. Воздух холодный и влажный. Над темной бездной доков высится, сверкая огнями, башня Кэнэри-Уорф: финансисты, брокеры, юристы, контролирующие заводы в странах третьего мира, не ближе одного дня лета от Лондона. Например, в Гонконге, Нью-Йорке или где-то еще.

За вечнозелеными деревьями и деревянными скамейками скрыты динамики. Концерт старинной музыки начинается с Баха. Я накидываю шаль поверх пальто и наливаю бокал вина. Мне удается сделать лишь глоток, почему-то сегодня вино по вкусу похоже на яд.

Утренние новости сообщили, что в деревне Бакингемшир обнаружен труп мужчины, полиция ищет свидетелей.

Вскоре в дверях моей квартиры появляется Крейги. Он выглядит усталым, что вполне естественно, ведь он всю ночь составлял алиби для Шона.

– Шон не был никак защищен, – произносит он почти с укором.

– Знаю.

Мне нечего ответить на его обвинения, нечем разрушить его уверенность, что, займись этим делом он, все было бы по-другому.

– Все произошло так внезапно, – продолжает Крейги, – мы не смогли проконтролировать.

– Мы никогда этого не делали.

– А если они вычислят Элизабет Кроу?

– Не вычислят. Можно представить все так, будто она уехала. Например, в Восточную Европу. А ее фоторобот на меня не выведет.

– А Эллис?

– Он нам поможет.

– Уверена? А вдруг нет?

– Тогда он поплатится карьерой, – отвечаю я с каменным выражением лица.

– Итак, что будем делать? – спрашивает Крейги после паузы.

– Сразу после разговора со мной Грейвс звонил кому-то на мобильный. Полагаю, он сообщил, что им интересуется полиция. Возможно, просто поделился с другом. Но меньше чем через три часа он был мертв. Так что, думаю, не с другом.

– Полагаешь, таким образом его решили заставить замолчать?

– Он больше никуда не звонил. Когда я была в доме, эти люди перезванивали.

Крейги качает головой.

– Если они его убили, то понимали, что никто не ответит.

– Вполне возможно, они послали не своего человека убить Грейвса и звонили узнать, выполнил ли тот работу. Или все сделали сами, но спрятались, например, в саду и, услышав голос в доме, решили проверить, кто там. Они могли звонить не Грейвсу, а мне.

– Ты ответила?

– Я не произнесла ни слова. Крейги, кто бы они ни были, после разговора с ними Грейвс умер, и они не могут не знать почему. Мобильный, должно быть, прослушивают. Финн сейчас им занимается.

– А если номер невозможно будет определить?

– Добудем список, кому еще они звонили и откуда. Постараемся сузить круг. А я тем временем организую встречу с Филдингом. Посмотрим, известно ли ему что-то об убийстве Грейвса. Может, он поставлял исполнителей. Мы должны это узнать любым способом.