1. Исследовать психосоматику – значит изыскивать причину, мотивирующую болезнь.

Центральное слово – «мотивирующая». Речь идет о необходимости обнаружить мотивацию патологической феноменологии. Болезнь – не случайное событие, а ответ на определенное намерение, интенцию. Непонимание первичной мотивации феномена лишает нас возможности его контролировать.

«Мотивация» [74] – это разум или цель, ради которой происходит эффект. Это – направление, или вектор, который принимает психическая деятельность. Цель первична в намерении и стоит на последнем месте в исполнении. А между началом и концом включается множество промежуточных причин.

Для понимания феноменологии индивида (например, почему он в два часа пополудни находится на площади, в пять – в кинотеатре, в восемь – в баре и т. д.), недостаточно отследить каждый его шаг в отдельности: необходимо знать оперативный план его действий (распорядок его дня). Основываясь на “interior design”, можно предвосхитить любой поступок индивида; изучив и поняв проект, который конкретно не проявлен, но очевидно выражен в своих эффектах, можно изменить его следствия – перемещения, сроки, средства.

Незнание проекта, которому отвечает болезнь, делает любые врачебные процедуры или медикаментозное лечение симптома бесполезными. Болезнь субъекта может отвечать его экзистенциальным устремлениям. Под «экзистенциальным» я понимаю всю экономическую совокупность модусов жизнеобеспечения человеком собственной идентичности: любовь, секс, тепло, друзья, деньги, комплексы и т. д.

Какую жизненную ценность под прикрытием болезни преследует субъект? Например, за органическими нарушениями при таких заболеваниях, как СПИД или опухоль, может скрываться религиозная цель: преподнести себя в дар, чтобы достичь вершин признания в духовном мире собственной религии. Неоплазия, цистит или камнеобразование могут обнаружить в своей первопричине борьбу и разгрузку психической агрессивности, направленной на конкретного человека из ближайшего окружения (ребенок, партнер и т. д.). Не имея возможности внешне излить свою психическую агрессию на человека, субъект разряжает ее на каком-либо из органов своего тела.

2. Психическая деятельность представляет собой энергетическую составную часть обширного целого, обладающую открытым проектом.

Каждый человек при рождении оказывается в некоем контексте, потенциальные возможности которого практически безграничны. В реальности жизненная, интеллектуальная и созидательная энергия любого человека используется лишь на 10, максимум на 30 %. Годами мы зашоривали свой разум, закрыв от него практически все возможности, кроме одной-единственной. Конечно, нас к этому принудили ограниченность времени и средств, требования семьи и общества.

Любой выбор феноменизирует природный потенциал, но одновременно его и обуславливает, следовательно, психический квант человека определяется неким, зачастую неоптимальным, способом. Действенный потенциал нашей жизни по большей части остается не феноменизированным, вынужденным скрываться и поэтому готовым вырваться наружу и, если надо, отомстить за себя.

3. Единство действия психической деятельности обладает свойством взаимообратного релятивизма по отношению к различным частям органического, сведенного к определенной форме. Для нашего единства действия и психической динамики рука – не единственный орган, способный брать, глаз – смотреть, а ухо – слышать. Все может быть изменено: ногами можно слышать, а ушами видеть. Например, психологическая интуиция у человека может быть сильнее развита через осязание, чем через зрение, слух или тактильную чувствительность.

Следуя динамической экономии бессознательного, один орган может быть использован вместо другого: здесь нет неизменно заданного порядка. Наиболее сильно подверженный заболеванию орган является либо самым разумным, либо самым чувствительным у данного субъекта. К частям собственного организма бессознательное относится с недифференцированной относительностью. В то время как наш рациональный анализ строится на использовании четко заданных средств и алгоритмов, наше бессознательное с крайней степенью относительности варьирует средствами достижения собственной цели, выбирая то одно средство, то другое, то один орган, то другой. Например, фаллический импульс может перейти в острый приступ подагры. Расскажу коротко об этом случае из моей клинической практики.