Чувство вины – это волевой акт, формообразующий психическую интенциональность. Как только психическая интенциональность сформирована, различные совокупные составляющие, входящие в множественное и неделимое единство нашего организмического, начинают структурироваться согласно специфической тематике. Первичное интенциональное действие задается селекторным ядром в виде ответной реакции на все то, что контактирует или взаимодействует с ним. Эта специфическая констелляция или поляризация обуславливает виды или стереотипы мышления, памяти, чувствительности, сновидений, сексуальных и аффективных отношений, выбор работы и жизненных установок.

Весь открытый потенциал возможностей некоей индивидуации структурируется и сводится к единой модальности организованных впечатлений. Эти впечатления, или селекционируемые порывы, проходя через уже существующие органические индивидуализированные структуры [72] , трансформируются в эмоции [73] и, наконец, одновременно сублимируются в виде образов и мыслей.

Ментальные образы или мысли есть не что иное, как спекулярные послания, пришедшие от формального самодвижения организмического действия. Грубый пример: испущенный отправителем пучок фотонов появляется в виде образа в заранее заданной точке монитора.

Свойство действия или энергетической формы состоит в следующем: уловленные в любом своем аспекте, они неизменно взывают к всеобъемлющему единству.

Как это возможно, за несколько сеансов консультирования устранить хронический симптом психиатрического, неврологического, функционального или органического свойства?

Необходимо иметь в виду следующее: даже когда сознание не ведает, тело вещает. Прежде чем природа некоей вещи выработает язык, она уже посылает сообщения, исходя из внутренней сущности саморасположения. В природе любая вещь общается и в процессе коммуникации самосовершенствуется в стремлении к самому близкому и непосредственному корреляту. Эта базовая коммуникация любой вещи есть экзистенциальная семантика, и более точно ее можно назвать информационным полем.

Когда в онтопсихологии проводится исследование при помощи семантического поля, это означает, что рациональный ум способен измерять энергетические диалектики, устанавливаемые между сознанием и целостным организмическим, монитором отклонения и социальным «Сверх-Я», между индивидами. Чтобы это увидеть, не следует фиксированно настаивать на общепризнанной научной точке зрения, которую, потом, никто так и не может подтвердить своими результатами.

Я заметил, что вера и общение всех людей основываются на страхе, и никто из них не ведает, что говорит. В действительности, одни люди увещевают других в том, что те и так знают или во что и так верят, но никто не может подтвердить излагаемые знания, находя подтверждение в себе самом. Как следствие, в чуждом себе знании человек теряет свое познание и здоровье.

Для того чтобы научиться улавливать энергетические взаимосвязи, задающие форму всякому самодвижению индивидуализации, необходимо постоянно осознавать все полученное нашим организмом через многочисленные каналы восприятия. Прежде познает сердце, рука, желудок, кожа, печень, а потом мозг, или разум.

Отслеживая любую информацию, поступающую на наш организмический радар, мы можем измерять и контролировать реальность целиком и, прежде всего, устанавливать прямой контакт с психической интенциональностью или энергетической причинностью. Использование всего организма, а не только одной головы, ясно обнаруживает постоянное присутствие ошибки, возникающей на последних стадиях обработки нашим мозгом информации по причине вмешательства монитора отклонения.

Если познание совпадает с организмическими изменениями, то можно констатировать следующее:

1) процесс вербализации в период проведения онтопсихологической психотерапии есть не что иное, как проекции усиления энергетического самодвижения здорового Ин-се субъекта;

2) характерные для субъекта сознательные модусы есть не что иное, как элементы, вредоносные для его жизни;

3) индивид, принимая чувство вины, придерживаясь линии поведения, которая ни в прошлом, ни сейчас не является его естественной силой, настаивает, защищая собственные костыли и полностью забыв о собственных ногах.

Если процесс познания находится в прямом контакте с энергетическими процессами жизни, протекающими в данном индивиде, очень легко дать ему нужное решение, указать истинное для него положение дел, вернуть здоровье.

С помощью такого способа познания моя речь – всегда с позволения клиента вмешаться в его психическую интенциональность – превращается в психопластическую хирургию. Симптомы, на которые жаловался клиент, исчезают, поскольку я изменил энергетические векторы, которые их порождали.