Наивные глупцы!

Шрам не верил в подобную чушь. Невозможно лишив жизни одного, заслужить перед Всеединым вечное прощение. И проклятый убийца знал это не понаслышке.

– Убей меня сейчас, дух!
– проревел Шрам, пытаясь перекричать разбушевавшийся ветер. Гул нарастал, а свежесть, внезапно охватившая остров своими цепкими объятиями, предвещала скорую бурю.

– Вы редкостный грешник, мистер убийцы, - улыбнувшись во весь рот, ответил сэр Заговорщик.
– Первый раз вижу, чтобы столь мерзкий тип, с таким огромным мешком проступков, молил о скором исходе. Нет, я, пожалуй, растяну удовольствие. И вначале предложу вам познакомиться с тем, кого вы непременно заинтересуете.

Ру-ру зашелся в ужасном смехе, словно безумец, обуреваемый страшными видениями.

– Лучше бы я поломал тебя на щепки, - зло процедил сквозь зубы Шрам. Его ненависть к куклам - готовая вырваться наружу - увеличилась в стократ. Но крепкие веревки не дали мастеру ни единого шанса.

На остров оседало медное облако пыли, погружая округу в непроглядное марево, в котором уже невозможно было различить силуэты фантомов.

Шрам ощутил на языке привкус земли и смачно сплюнул. Но пыль сейчас была везде, и как он не силился, а так и не смог избавиться от землянистой горечи во рту.

Сквозь завывания ветра и далекие раскаты грома, внезапно вырвался голос сэра Заговорщика. Его тембр изменился - стал более громогласным, низким, будто перекричать вой бури, ему не составляло никакого труда.

Шрам прислушался к словам и ужаснулся. Заутробный голос монотонно повторял одну и ту же фразу, словно заученную молитву. Язык был незнаком мастеру, но он отчетливо осознавал, что раньше уже слышал непонятные слова.

– О, скоро ты ответишь за свои прегрешения! Еще как ответишь!
– злорадствовала кукла.

– Отправляйся в преисподнюю!
– не выдержал Шрам.

В ответ Ру-ру разразился желчным смехом.

Мастер ничего не ответил. Он слишком устал от загадок, угроз, собственных воспоминаний, а главное - от проклятия 'дарованного' ему неведомым демоном.

Он и сам хотел поскорее расстаться с жизнью, поскорее оставив свое земное существование. И неважно от чьей руки он погибнет - живые, мертвые - для него сейчас все было едино.

Тем временем сэр Заговорщик перешел на крик. Он взывал к несуществующим небесам, раскинув руки в стороны, словно птица, готовящаяся к полету.

Шрам попытался различить отдельные фразы, но услышал лишь звон и сильные набаты. Возможно, ему просто почудилось - где-то вдалеке протяжными звуками отзывался колол.

– Скоро ты все поймешь! Ты узнаешь, что такое вечные муки! А мы обретем желанную свободу!
– продолжал издеваться Ру-ру.

– Поскорее бы.
– На измученном лице мастера возникла надменная ухмылка.

Сквозь непроглядную пелену песка показались росчерки бирюзовых молний. Вспыхивая и затухая, они будто пульсирующие артерии вытянулись над островом, заключив его в свои сети.

– Раскаивайся! Но это тебе уже не поможет, - выкрикнул последнюю фразу Ру-ру, в тот момент, когда раздался невероятный грохот.

Шрама откинуло в сторону, и он покатился вниз. Толчки повторились еще несколько раз.

Перевернувшись на бок и поджав под себя колени, убийце удалось принять прежнюю позу. Щурясь, он попытался найти в непроглядной занавесе фантомы отступников.

В один миг напряжение резко исчезло, и песочный туман мгновенно растворился в пустоте.

На холме у сухого, застывшего в нелепой позе дерева, стоял человек. Его невероятно белый костюм, непроизвольно гармонировал с темной корой.

Слегка прихрамывая, светловолосый гость стал спускаться вниз по каменным ступеням.

Шрам видел, как нервно дернулся сэр Заговорщик, а Куттер тяжело дыша, неумело попятился назад. Он успел заметить даже неловкое движение куклы, заставившее Ру-ру оступиться и упасть на плоский камень.

Не зная, чем грозит ему эта встреча - мастер несказанно радовался, что этот странный пришелец сбил спесь с его одержимых пленителей.

– Доброй бесконечности, друзья, - приблизившись, практически пропел гость.
– Никак не ожидал вас здесь увидеть.

Сэр бунтовщик осклабился и стал похож на молодого волчонка, готового броситься на случайного обидчика.

– Ну-ну, не стоит, - успокоил его Гарпий.
– Свободные души не должны столь рьяно проявлять свои эмоции. Здесь это недопустимо.

Слегка прихрамывая, демон дня прошел между заговорщиком и куклой, презрительно осмотрев Куттера, хмыкнул и бросил взгляд на Шрама.