– Спасибо.

– Ты так сильно похудела. Может, тебе нужно обратиться к врачу?

– Робби, милый, я ходила к врачу, чтобы похудеть.

– Это было давно, еще до вашего с отцом развода.

– Верно, но сейчас ничего не изменилось. Ты куда-то идешь? – Она отметила про себя, что одет он был явно для прогулки.

Он опустился на диван, устраиваясь поудобнее, и Рита поняла, что уходить он не собирается.

– Идешь с Артуром куда-то? – спросил он, закидывая ногу на ногу.

– Да. Это он купил ткань для платья.

– Скоро он сделает тебе предложение, и вы будете помолвлены.

– Ну, что за глупости.

– Не глупости вовсе, мама, и ты знаешь это.

Она повернулась к нему и, вздохнув, села в кресло.

– Он хочет большего, – осторожно сказала она.

Наверняка ни одна мать не может позволить себе подобную откровенность с сыном, но Рита хотела быть честной и старалась держать его в курсе всего, что происходило в ее жизни.

– Было бы удивительно, если бы он этого не хотел. Впрочем, мне не совсем понятно, чего именно он желает. Кажется, он не похож на того, кто предложит незаконную связь.

– Нет, что ты. Сейчас мы просто идем на свидание.

Робби улыбнулся.

– А что потом?

– А потом я собираюсь положить этому конец.

– Каким образом? Я не думаю, что он сдастся.

– С чего ты взял?

Он помолчал, очевидно, раздумывая над верным ответом.

– А почему ты хочешь положить этому конец? – вдруг спросил он. – Вы видитесь так часто, и так много времени проводите вместе, я уверен, что ты к нему привыкла.

– Нельзя давать надежду человеку, если ты думаешь, что потом он тебя предаст.

– Ты решила, что он тебя предаст? Мама, ты к нему несправедлива.

– Это почему же? – Ей, в свою очередь, казалось несправедливым, что Робби не понимает ход ее мыслей. Обычно он вникал довольно быстро.

Робби опустил глаза.

– Кажется немного непонятным, что ты позволила ему то, чего не позволяла отцу. С другой стороны, ты стала для отца той, кем не хочешь быть для Артура. Я, наверное, еще слишком молод чтобы понять, почему ты так поступаешь.

– Я не собираюсь говорить с тобой о причинах развода.

Всему есть предел, и кажется, Робби подошел слишком близко к запретной границе.

– И не нужно, я о них знаю. Я всегда с тобой, мама, но позволь сказать кое-что.

– Говори, конечно.

– Почему ты не была с отцом такой же, какой сейчас бываешь с Артуром? Он не видел тебя улыбающейся, веселящейся, ты никогда не была такой живой рядом с ним.

«Я и не была живой. Артур оживил меня».

И почему эта мысль не пришла к ней раньше?

– Отец совсем один, – медленно и тихо добавил Робби. – В нашем старом доме пусто и тихо, и он почти там не живет.

– Он и прежде проводил там совсем мало времени.

– Мама, – Робби поднял глаза, грустно глядя на нее.

– Да?

– Люби меня, мама. Люби меня, если ты не хочешь любить никого другого. Я никогда тебя не предам. Может быть, я оставлю тебя и женюсь, но я хотел бы, чтобы ты знала, как сильно я хочу для тебя счастья и настоящей жизни.

Ей стало больно от этих слов. Стыд, смешанный со страхом наполнил ее разум, и из ее глаз потекли горячие слезы, которые она не могла удержать. Рита так давно не плакала, что уже и забыла, как это бывает.

Робби прочел ее душу, увидел внутреннее уродство своей матери и не оттолкнул ее. Он не осудил ее и не отрекся от женщины, не способной испытывать любовь и привязываться к кому-либо.

– Я люблю тебя, верь мне, – переждав, когда пройдут первые слезы, прошептала она.

– Я верю, – ответил он, облегчив тем самым ее боль. – Поэтому, я поддержку тебя, если ты захочешь оттолкнуть Артура.

Артур оживил ее, но не убьет ли его она?

Робби неторопливо расставил все по местам, и теперь жизнь казалась другой. Вряд ли еще какая-то мать могла принимать советы сына в таких серьезных вопросах, но Рита не стыдилась того, что не сумела обойтись без своего ребенка.

Она все еще всхлипывала, когда Флинт возвестил о том, что к ним пожаловали гости.

– Я не одета, лучше выйти тебе, – быстро поднимаясь на ноги, сказала она.

– Кажется, ты одета даже лучше меня, – весело заметил Робби, глядя на то, как она стирает мокрые дорожки со своего лица.

В следующий момент раздался стук в дверь, что означало только одно: гостем оказался Артур. Рита бросила взгляд на часы, стоявшие на камине. Было еще слишком рано.

– Придется открыть, – без видимого сожаления сказал Робби, подходя к двери.