– Так вот значит, как выглядит твоя любовь, – без вступлений начал Тео. – Красивая, но не для тебя. Ты уж прости, Артур, но если ты живешь в Седьмом квартале, то до такой женщины тебе еще нужно дорасти. Кстати, она случайно не вдова?

– Не твое дело, – не слишком вежливо ответил Артур.

– Незачем обижаться, я говорю правду. Кажется, что она привыкла к хорошей жизни, да и выглядит вполне прилично.

– Тео, ты неисправим, – вмешался Юлий. – Оставь его в покое, пусть делает, что хочет.

– Нет, Юлий, понимаешь, эта дорогая и ухоженная дама может напрочь разбить ему сердце и вообще лишить охоты когда-либо встречаться с женщинами вновь. Не знаю, почему она до сих пор с тобой общается, но Рита явно женщина другого круга. Если она вдова, то очень быстро найдет себе другого мужа, и тогда ты вспомнишь мои слова, вот увидишь.

– Черт, Тео, отстань уже от него! – Юлий начал нервничать.

Вероятно, сказалось количество выпитого вина, поскольку в остальное время он всегда тщательно следил за своими эмоциями.

– Да посмотри на него, разве я не прав? Она уже проникла в твою душу, Артур, так что остановись, пока не стало поздно.

Артур выпил второй стакан, сомневаясь, стоит ли сейчас отвечать.

– И ради чего я должен остановиться? – спросил он после непродолжительного молчания.

– Ради самого себя, – воодушевившись тем, что его слова возымели эффект, продолжил свои увещевания Тео. – Я видел, как ты смотришь на нее, и как она смотрит на тебя. Не трать время своей жизни впустую, тем более что она, очевидно, старше тебя.

– Это тоже не твое дело, – вполне спокойно заметил Артур.

– Я все понимаю, ты влюблен и все такое… но послушай, Артур, она ведь даже прикоснуться к себе не позволит, так в чем смысл такой любви? Ты не можешь поклоняться ей вечно, и даже если ты убьешь на это всю свою жизнь, она не скажет тебе за это спасибо.

– Тебе не кажется, что я сам должен решить, на что мне тратить свое время?

– Безусловно, но я также считаю, что кто-то должен тебе открыть глаза. Рита красива, богата и образована. Она не будет твоей женой, и вы с ней никогда не сможете ужиться в одном доме.

Вино начало брать верх над рассудком, и Артуру показалось, что доля здравого смысла в этих словах все-таки есть. Что если она не была откровенной, когда говорила о том, что не хочет заводить с ним отношений? Что если она просто умолчала о том, что не считает его серьезным молодым человеком и не собирается связывать свою жизнь с голодранцем вроде него? Ее неизменное желание оберегать его и помогать ему в финансовом плане, ее сдержанность и постоянные напоминания о разнице в возрасте – разве это не доказательство того, что Тео говорит правду? Почему, несмотря на то, что он уже много раз давал ей понять, как сильно хотел бы проводить с ней больше времени, Рита продолжает делать вид, будто ничего не замечает? Она встречается со своим бывшим мужем – видит его каждое воскресенье, когда он приходит якобы к Робби. Вполне возможно, что слова Робби не лишены оснований, и когда-нибудь его родители сойдутся вновь. Это спасет ее репутацию, даст ей возможность воскреснуть в собственных глазах. У нее будет мужчина ее возраста и положения, у которого блестящая карьера и полный достаток. Отец ее ребенка к тому же.

Артур незаметно для себя выпил третий стакан, чувствуя, что в нем растет недовольство и даже обида. Рита явно что-то скрывала, и раз уж ему было позволено даже ночевать в ее доме, он должен был пойти к ней прямо сейчас и все выспросить.

С момента их знакомства прошел почти год, но она продолжает держать его на расстоянии – не отталкивает и не подпускает к себе. Она дурачит его! Женщина, которую он позволил себе полюбить всей душой, просто держит его за идиота! Как же можно быть таким глупцом?

После четвертого стакана Артур откланялся, и даже только что явившийся Готлиб не смог его задержать. Ему нужно было встретиться с ней и обо всем поговорить.

Он не вполне осознавал, как ему удалось добраться до знакомой двери, и ему не удалось запомнить, как он открыл калитку и прошел по дорожке. Единственное, что сохранилось в памяти – глухие шаги за дверью и слабый свет масляного светильника, пробивавшийся из-за опущенных штор ближайшего окна.

– Робби, что случилось? – спросила она, щелкая замком.

– Это не Робби, – глядя в ее растерянные глаза, ответил он.

Наверное, она не открыла бы дверь, если бы знала, что это он стоял на пороге. Он, а не ее сын, которого она так ждала. Но Рита была настолько уверена в том, что в дом постучался Робби, что даже не стала дожидаться ответа, открыв прежде, чем он смог предупредить ее.

– Артур? Уже очень поздно, что ты здесь делаешь?

– Вы мне не рады, – сказал он, опуская ладони ей на плечи и отталкивая назад, чтобы войти в гостиную. – Где Роберт?