– Да, так получилось. Но я ни разу не упомянула, что познакомилась с вами, – поспешила я заверить женщину.

– Мира, а ты не можешь припомнить, как звали тех мужчин? – помолчав, спросила Ланэт.

Я на секунду задумалась. Имя верзилы я и сейчас очень хорошо помнила – Оней.

– Его звали Оней, а второго… ммм…

– А второго случайно не Рун?

– Кажется, да.

– Их казнили следующим утром по приказу Велиара.

– Что? Но откуда ты это знаешь?

– В убежище отслеживают все происходящее во внешнем мире. Когда я здесь появилась, то пролистала последние отчеты, как раз с того времени, как схватили Ревая.

– Велиар всё-таки казнил тех мужчин?! – Я была поражена его жестокостью.

– А ты что думала, он им благодарность объявит?

– Нет, но не убивать же сразу…

– Ну, почему сразу? – ехидно проговорила Ланэт, тем самым подчеркивая мою наивность. – Велиар дал им прожить в мучительном ожидании целую ночь. Мира, разве ты еще не поняла, какой Велиар изверг? Он ни перед чем не останавливается. Тем более, когда кто-то начинает играть с его игрушками, – она указала на меня, и по моей спине прошёл холодок. – Я тебя предупреждала, чтобы ты держала его на расстоянии, но по твоим глазам вижу, что ты им прониклась. И сейчас от правды, которая перед тобой открывается, тебе больнее в тысячу раз.

Желая срочно перевести тему, я с надеждой просила:

– А что насчет Ревая? Он жив?

– О нем сведений я не обнаружила. Скорее всего, жив, но знаешь, лучше бы он был мертв, потому что я не хочу, чтобы он подвергся издевательствам и пыткам из-за неуемной жестокости Велиара! – в глазах Ланэт засверкали яростные огоньки.

– Как случилось, что Ревая пленили? И как тебе удалось сбежать?

– После твоего ухода Ревай отправился в рейд, выслеживать группу мятежников, о которой он, естественно, знал. Он сам дал им электронные коды к продуктовому складу. Ревай должен был увести отряд Велиара по ложному следу и задержать до тех пор, пока мятежная группа не пополнит свои запасы. Но буквально через два часа Ревай вернулся домой и объявил, что его сняли с дежурства и приказали не покидать дом. – Женщина тяжело вздохнула. – Он велел мне собрать самое необходимое, объяснил, где я смогу встретить группу мятежников, и велел отправляться с ними и предупредить Региса о твоем появлении. У меня не было шансов остаться с ним. Я знала, что ты важнее всех нас, поэтому, попрощавшись с Реваем, покинула коммуну. Естественно, группе Региса не удалось в ту ночь сделать все запланированное. Им пришлось, так же, как и мне, спасаться бегством. Дней пять у нас ушло на дорогу до убежища; у нас были запасы воды и еды, поэтому мы без приключений сюда добрались.

– А почему вы не воспользовались планоциклами?

– Невозможно, – покачала головой женщина. – Ретрансляционная башня сразу засекает любую электромагнитную активность. Нас бы в ту же секунду поймали, поэтому ни один транспорт мы не можем использовать.

С минуту мы сидели, обдумывая сказанное. Я первая нарушила тишину:

– Но как Велиар обо всем узнал? Я ничего не говорила, даже не намекала.

– Это для меня такая же загадка, как и для тебя. Но одно я знаю точно: Велиар не из дураков, он всегда узнаёт то, что ему нужно. Иногда я думаю, а не телепат ли он? – Ланэт невесело усмехнулась, а потом поднялась и стала расстилать свою постель.

– Мира, не забудь намазать лицо, а то оно сейчас напоминает пережаренный кусок мяса.

Я кивнула и быстро обработала раны на лице. А после, взяв расчёску со стола, стала не спеша распутывать волосы, глубоко задумавшись над словами Ланэтрины о телепатии. Ее подозрения не были лишены смысла. Я припомнила все случаи, когда Велиар буквально снимал с языка недоговоренные мной фразы, или предугадывал действия, или очень тонко улавливал мое настроение, догадывался, чего я хочу и что мне нужно. «Нет, нет, такого не может быть!» – попыталась утешить себя я, но в диалог вступила моя разумная половинка и язвительно продолжила: – «Значит, то, что ты можешь перемещаться по планетам, как коза по пастбищу, это нормально, а то, что парень, возможно, читает мысли – это нонсенс. Мира, ты сама себе противоречишь. Не глупи и прими это как факт».

– Мира! – громко позвала меня Ланэт, выводя из ступора.

Я проморгалась, пряча слезы обиды и раскаяния.

– Я сильно устала, – положив щетку на стол и не глядя на женщину, я отвернулась к стенке и сделала вид, что задремала. Поняв мое настроение, Ланэт тоже улеглась и потушила свет.

Утро настало мучительно быстро, хотя, может быть, сейчас была ночь? Я не могла это определить, находясь под землей, но мне казалось, что я и часу не проспала. По крайней мере, я ощущала себя еще более уставшей и помятой, чем раньше.

Приоткрыв один глаз, я поняла, что нахожусь в помещении одна, и очень этому удивилась. Осушив залпом оставленный мне стакан с водой, я выглянула в коридор. Там тоже было пусто. Куда все подевались? Тут за углом я услышала детское хихиканье и, улыбнувшись, осторожно, на цыпочках стала пробираться на звук, а потом резко выпрыгнула и увидела две убегающие косички.

– А ну, стой, маленькая шалунья! – В два прыжка я догнала девчонку, схватила за талию и покружила вокруг себя. Та, визжа и хихикая, стала вырываться из моей хватки и, когда у нее это получилось, показала мне язык, но больше убегать не стала.

– А почему у тебя такие белые волосы? – она озадаченно посмотрела на меня своими большими шоколадно-карими глазами. – Ты чем-то больна?

Я заулыбалась еще шире:

– Нет, это мой природный цвет, он у меня с рождения.

– Да-а-а? – искренне удивилась девочка. – А можно я их потрогаю?

– Конечно.

Она робко дотронулась до моих волос.

– Какие мягкие… А моя мама говорит, что у того, кто не слушается и много болеет, выцветают волосы и кожа.

– Скажи маме, что она не права. Природа может дать волосам, коже и глазам абсолютно любой цвет.