Я запоздало припомнила, что сам Эдвин ничего мне о том случае не сказал. Не придал ему значения или же, как и я, заподозрил злой умысел и не захотел меня беспокоить? Я сама ни о чем не спросила у него в вечер возвращения с охоты, а потом ужасная гибель Лайлы затмила все прочие события.

Искандер же о смерти моей невестки не сказал ни слова, хотя не слышать об этом не мог. Он долго разливался соловьем, перечисляя многочисленные достоинства моего жениха, словно и не был некогда его соперником. Безусловно, все это говорилось в расчете на то, что я перескажу его восторги принцу. Я только мысленно ухмылялась и разочаровывать юношу не спешила.

— Я счастлива, что вы проведете с нами эти знаменательные дни, — сказала я, когда Искандер наконец умолк. — Уверена, что с моим будущим мужем вы найдете много общих тем, шейн.

— Не могу передать вам, как я сам сильно надеюсь на это, шаисса!

Распрощались мы вполне довольные друг другом.

А вечером я со смехом пересказывала этот разговор Эдвину.

— Теперь Хафиза будет стараться выбить для себя наиболее подходящие условия, а Искандер, всякий раз красочно расписывая доставшийся тебе бриллиант, станет тонко намекать, что отобрал ты сию драгоценность у него.

— Рассчитывают на мое чувство вины? — удивился Эдвин. — Неужели всерьез полагают, что из этого что-то получится?

— Не думаю, что всерьез, — я пожала плечами. — Но попытаются точно.

Я сидела у жениха на коленях все на той же лавочке у пруда, лениво раздумывая, не перенести ли наши свидания в павильон окончательно. Похоже, Эдвина посетили те же мысли, поскольку губы его прижались к моей шее, а рука по-хозяйски скользнула в вырез платья — впрочем, ничего против подобного поведения я не имела. Более того, прижалась к нему теснее, в свою очередь запустив руку под его тунику и погладив обнаженную поясницу.

— Амина, — спросил Эдвин, оторвавшись ненадолго от своего занятия, — какова вероятность, что нас увидит стража?

— Довольно большая, — честно призналась я. — Особенно если мы будем привлекать к себе внимание.

Принц прошипел сквозь зубы какое-то короткое северное ругательство.

Я опустила голову на его плечо и слегка провела языком у основания шеи.

— В следующий раз мы можем встретиться сразу в павильоне.

— Хорошая идея, — одобрил Эдвин. — А что мешает нам пойти туда сейчас?

Я сделала вид, что задумалась.

— Знаешь, особых препятствий я не вижу.

— Отлично, — и Эдвин поднялся с лавки, подхватив меня на руки.

— Отпусти, — со смехом запротестовала я. — Я вполне могу дойти и самостоятельно.

— Ну уж нет, — он только крепче прижал меня к груди и решительно зашагал в сторону павильона. — А вдруг ты решишь сбежать? Ты, между прочим, моя законная добыча, коварно похищенная мною у несчастного наследника Хафизы.

Я рассмеялась, но когда за нами захлопнулась дверь и Эдвин осторожно опустил меня на ковер, смех мой прервался. Весь мир перестал иметь значение, в нем остался только мой мужчина, его ласковые руки, горячие губы и сильное тело.

Даже потом, когда все закончилось и мы лежали обнявшись, мои мысли не желали возвращаться к другим заботам. Я рисовала пальцем узоры у Эдвина на груди, а он перебирал мои волосы.

— Странно, правда? — спросила я. — Мы не должны были быть вместе, но вот как все обернулось.

— Амина, — Эдвин серьезно посмотрел мне в глаза. Его лицо было близко-близко, я могла рассмотреть каждую ресничку даже в белесом лунном свете. — Амина, мы вместе, потому что ты — моя судьба. Во всяком случае, я верю в это.

Я вздохнула.

— Это хорошо, твоя мысль нравится мне намного больше. Судьба звучит гораздо лучше, чем случайность. Пожалуй, ты прав.

Я закинула руку ему на шею и подставила губы для поцелуя. И на некоторое время нам опять стало не до разговоров.

А когда мы уже прощались у мраморной дворцовой лестницы, ведущей в мои покои, я подумала, что возвращаться к себе на рассвете скоро войдет у меня в привычку. Селиму, несомненно, донесут, что наши свидания перенеслись со скамьи у пруда в уединенный павильон. И брат, разумеется, догадается, с чем именно это связано. Но мне, пожалуй, впервые в жизни не было никакого дела до того, что подумает Селим. Я просто наслаждалась своим счастьем.

— До вечера, — прошептала я и ласково провела рукой по щеке Эдвина.

— До вечера, — и он прикоснулся к моим губам в коротком поцелуе, не обращая внимания на застывших у стены стражников.

Очутившись в своей спальне, я быстро разделась без помощи Фатимы и скользнула в постель. Сон окутал меня, стоило только закрыть глаза. И я опять проспала до полудня. А проснувшись, велела приготовить купальню. Ни ранний обед, ни поздний завтрак меня не прельщали.

— Я вчера разговорилась с Алией — это девушка из гарема, шаисса, — сообщила Фатима, поливая меня теплой водой.