Поневоле я следил за карьерой Пенни - пока что она была жива не только в моих мыслях, но и номинально. Видел ее фильмы, слышал о ней сплетни, в основном касающиеся того, что она никогда не показывается публике. Оттого и различные варианты на тему “а был ли мальчик”. Поначалу Сьюэл часто спрашивала, почему я не познакомлю ее с сестрой, но потом перестала. И все, может, и длилось бы так до конца жизни, если бы однажды Рори не вздумалось навестить меня.

Это случилось накануне моего сорокапятилетия. Джимми и Дагни тогда как раз уже сдали все тесты в школе, и во время каникул Сьюэл готовила их в качестве моделей для очередной презентации. Они целые дни проводили то у бабушки, то на репетициях, засиживаясь допоздна, и дома я был один.

Когда я увидел ее за окном, то почувствовал, что выстроенное за годы спокойствие в один момент рухнуло, взорвалось на миллиард осколков, как зеркало Данте. Ее непокорные волосы все так же вились вокруг головы пламенем факела, и на мгновение я принял ее за Пенни… Так бывает во сне - когда-то в детстве мне так же приснилось, что мои родители вернулись невредимыми и вошли в дом, шумно переговариваясь и волоча тяжеленные чемоданы с фотоаппаратурой, а я, слыша их голоса, зовущие меня, лежал в своей комнате и не знал - подождать или вскочить и сбежать вниз, чтобы броситься им на шею.

В тот раз я выбрал второе.

Рори рассказала, что они с Ноа на время уехали в Европу, что бизнес Данте процветает, что Пенни все взяла в свои руки и они ведут себя так, будто Перл и не существовало. Что она прекрасно выглядит, Данте ее от себя ни на шаг не отпускает и вроде бы кроме Чикаго отдал ей Филадельфию и всю Пенсильванию, что она увлеклась и устраивает там свои порядки… Но мое разочарование было очевидно даже фонарному столбу, что мы так и не поговорили толком. Я плохо ее слушал и не мог дождаться, когда же она уйдет.

Когда Рори ушла, я зашел в душ, врубил кран на полную мощность, сел на пол, обняв колени, и просто выл с полчаса. Я мог не вспоминать о Пенни больше десяти лет, мог игнорировать факт ее смерти… но именно сейчас, именно в этот момент я почувствовал, что потерял ее. НАВСЕГДА. Она не приедет ни на это Рождество, ни на следующее, ни на любое другое.

Чувство невосполнимой утраты все-таки догнало меня в третий раз - это было делом времени - но теперь я боялся с ним не справиться. Я думал о Данте. Этот мерзавец сломал во мне что-то, оторвал кусок от сердца и забрал себе. И что самое ужасное - я не мог ему отомстить. Не мог даже желать ему смерти, чтобы не повредить моей драгоценной половинке. Счастье Пенни (если это можно так назвать), ее безопасность и спокойствие целиком зависели только от него, и потому я должен был желать ему всех благ и вечной жизни.

Когда вернулась Сьюэл, она нашла меня все там же - под струей ледяной воды, полумертвым от холода и отупевшим от слез. Я не отвечал на ее вопросы и ничего не пытался объяснить, а она не допытывалась. Просто обняла меня и сидела рядом, пока беспокойство о ее здоровье не пересилило мою истерику. Придет время, когда я смогу говорить об этом спокойно и все расскажу, но это будет не скоро.

Я ОЧЕНЬ надеюсь, что это время придет.

*

энд

2000