Это единственное, что так его угнетает сегодня.

Он все более придирчиво вглядывался в меню, но ни одно из замысловатых кушаний не останавливало его внимание. Вдруг, как легкое дуновение ветра, что-то пронеслось и прошуршало рядом с Лайонелом Локриджем.

Он стремительно поднял голову и увидел, как в бледно-желтой блузке и фиолетовой развевающейся юбке рядом с ним прошла София. Он даже услышал запах ее духов – тот запах, который так любил, который его всегда привлекал и возбуждал.

Лайонел Локридж буквально подскочил из-за стола, едва не опрокинув приборы.

– София! – выкрикнул он.

Та обернулась и выражение безмятежного спокойствия, которое было на лице Софии, мгновенно исчезло. София стала напряженной.

Она кивнула в ответ на приветствие Лайонела.

– Извини, София, если задержал тебя, – Лайонел бросил меню и вышел из-за стола.

– Да нет, – София как-то рассеянно махнула рукой, – я ищу Иден, она, наверное, на кухне, – София вновь неопределенно махнула рукой.

– Извини меня, София, наверное, я был слишком груб сегодня утром…

– Да я уже и забыла об этом.

– Знаешь, а я не ожидал увидеть тебя такой… – лицо Лайонела Локриджа сделалось каким-то непривычно мечтательным и отчужденным.

– Какой такой? – поинтересовалась София, прекрасно понимая, что имел в виду Лайонел.

Но ей, как и всякой женщине, было приятно услышать очередной комплимент, тем более, что она вполне была его достойна.

– Извини, София, я вел себя очень нелепо.

– Я понимаю, – пожала плечами женщина, – в такие моменты обычно тяжело собраться с мыслями и как правило не знаешь что сказать, – она немного виновато, как бы извиняясь за то, что счастлива, улыбнулась.

– Ты выглядела такой счастливой, – не удержался от комплимента Лайонел Локридж.

– Спасибо, я действительно счастлива, – спокойно сказала София.

Лайонел вполне искренне улыбнулся. Он именно за это и любил Софию, за то, что она обо всем могла говорить просто. Он улыбнулся Софии как можно более Доброжелательно и вежливо предложил:

– Присядь, хотя бы на минуту.

София вновь пожала плечами и, как бы делая одолжение, опустилась в кресло напротив Лайонела.

– Я действительно, очень рад, София, за то что ты так счастлива, – начал Лайонел.

– Я верю тебе, спасибо.

– Все эти месяцы тебе пришлось несладко и ты заслужила это счастье. Я по-настоящему рад за тебя, дорога, – искренне улыбнулся Лайонел и его глаза сделались теплыми. – Я никак не могу поверить, София, что это счастье тебе дарит СиСи.

София кивнула головой.

– Я надеюсь, Лайонел, что между нами будет все хорошо. Между нами больше не существует никаких тайн и сейчас мы будем честны друг перед другом. Я сказала ему о своей болезни.

Лайонел прикрыл лицо руками, чтобы скрыть улыбку, потом покивал сокрушенно головой и спросил:

– Наверно, он очень расстроился, когда узнал о твоей болезни?

София грустно кивнула.

– Но теперь, надеюсь, ты понимаешь, зачем я ему обо всем рассказал?

Лицо Софии мгновенно окаменело, даже взгляд остановился, она никак не могла сразу прийти в себя от услышанного, ведь она была свято уверена, что первая рассказала СиСи о своей болезни и он узнал о ней только сегодня.

И если СиСи Кэпвелл знал о ее болезни раньше, значит все, что между ними произошло – из жалости, значит, все это – обман, очередная из игр СиСи, очередной его злой трюк.

А Лайонел Локридж ласковым голосом продолжал:

– Надеюсь, ты простишь меня, София, за то, что я рассказал обо всем СиСи?

– Так значит, СиСи знал… – грустно проговорила София. – Когда ты ему сказал об этом?

– Извини, София, я ему сказал обо всем этом несколько недель тому назад.

– А он сделал вид, что впервые услышал обо всем от меня.

Лайонел Локридж взялся исправлять сознательно допущенную ошибку.

– Так и должно быть, София, я же сказал ему, что ты об этом никому не говоришь.

– Вот теперь я понимаю, откуда у СиСи возникло столько любви и нежности ко мне, столько заботы и обходительности.