– Мама, он сделал это совсем не из-за денег. Кэпвелл сорвал сделку отцу по другой причине. Он сорвал сделку, над которой Кэпвелл работал много лет и, таким образом, он поквитался с ним.

Минкс радостно откинулась на спинку кресла и прижала к груди маленькую дамскую сумочку.

– Минкс, тебе что, нехорошо? – бросилась к старухе Августа.

– Мне нехорошо? – воскликнула старуха, – да мне лучше, чем когда-бы то ни было. Мне просто замечательно, я от радости не нахожу себе места.

Августа и Лайонел непонимающе переглянулись, но потом заулыбались.

– Подумать только, – проговорила Минкс, – он их надул и ему сошло с рук.

Она злорадно захихикала, радуясь прошлой победе своего мужа.

– Да, так оно и было. Но это ничуть не улучшает его репутацию, – с сожалением в голосе проговорила Августа.

– Репутацию? Ха! А зачем ему хорошая репутация? – сказала Минкс.

– Ну как же, репутация всегда должна быть неза пятнанной, – сказала Августа.

Лайонел скептично усмехнулся ее словам, запустил руки в карманы брюк, вытащил идеально белый носовой платок, вытер им ладони рук и промокнул вспотевший от возбуждения раскрасневшийся лоб.

– Знаешь, Августа, для меня это самое приятное. Когда я узнала историю и разобралась в ней, то у меня появилось чувство, будто мой дорогой Ти вернулся ко мне, – старуха говорила, прикрыв глаза.

Без сомнения, перед ее внутренним взором сейчас стоял муж. На ее губах блуждала рассеянная улыбка

– Ти, вам не кажется, что в этом имени есть слово "тигр"? – Минкс посмотрела на Гранта, тот пожал плечами, но на всякий случай кивнул.

– Неужели никто из вас об этом не догадывался? Неужели никто не знал, чо Ти и тигр это одно и то же

– Да-да, я предполагал… – сказал Грант.

– А я не предполагал и не думал, что ты так будешь этому радоваться.

– А я радуюсь, я прямо-таки не нахожу себе места Ведь мой Ти никогда не был мошенником, – Минкс презрительно посмотрела на Гранта, – Ти очень любил хорошую шутку, хороший анекдот, хорошую историю. Но больше всего ему нравилось посмеяться над Кэп-веллами, поиздеваться над ними. Они всегда были нашими заклятыми врагами.

Минкс самодовольно хихикнула.

– Да, но он посмеялся надо мной, – с досадой в голосе проговорил Грант.

– Успокойся, Грант, успокойся, – принялась утешать его Августа, – ведь мы больше всего волновались, как отреагирует Минкс.

– Ладно тебе, Грант, не горячись, – Лайонел поднял руку, – все уже позади. И сейчас ты можешь с огромными процентами востребовать все свое состояние назад.

– Да я не о том, – махнул рукой Грант, – мне просто очень не по душе восторги твоей матушки.

– А мне плевать на тебя, Грант, – сказала Минкс, – если бы Ти прожил бы немного подольше, то он продал бы вашей семье Бруклинский мост или еще что-нибудь, например, египетские пирамиды. А ваша семья с радостью бы их купила и разорилась.

Августа посмотрела на Лайонела Локриджа, едва сдерживая улыбку.

Дверь дома распахнулась и в гостиную вошел Мейсон. Его галстук сполз на бок, верхняя пуговица рубашки была расстегнута, волосы растрепаны.

– Извините, что опоздал, – с порога сказал Мейсон, – я к вам ненадолго.

– Где, где? – бросился к нему Грант.

– Что где? – спросил Мейсон, глядя в глаза Гранту Кэпвеллу.

– Доказательства, те, которые ты должен был нам принести.

– Ах, доказательства… – сказал Мейсон, – я их уничтожил.

– Не понимаю тебя, Мейсон, ведь ты же говорил, ты же обещал…

– Знаешь, я перерыл все книги и не нашел никаких доказательств того, что отец тебя подставил.

Лайонел испуганно посмотрел на Мейсона.

– Послушай, Мейсон, на тебя что, наехал СиСи?

– О, мой отец всегда наезжает на меня, Грант. Но дело совсем не в этом. Я отказываюсь участвовать в заговоре против Кэпвеллов. А тебе Грант советую найти другой способ, чтобы поквитаться со старшим братом.

– Лайонел! Лайонел! – истерично выкрикнула

Минкс, она даже подскочила с кресла, – так что, мы так и не вернули наш дом, да?

Лайонел сокрушенно опустил голову и уставился в пол.

– Лайонел, отвечай!

– Боюсь, что так, мама, – Лайонел Локридж взял Минкс за руку, – успокойся, мама.