– Мы только проясняем детали.

– Так арестуйте Кейтлин. Мы все знаем, что это сделала она. Ради Бога, у нее все еще есть ключи от дома, и Джош разводился с ней. Я уже вам сказала, что она совершенно ненормальная. В самом деле, ведь это не высшая математика.

Морисетт готова была вскочить со своего стула.

– Что вы знаете о высшей математике?

– Мы закончили? У меня действительно назначена встреча. И, просто чтобы вы знали, я переезжаю. Это место меня нервирует. Как подумаю о том, что Джош был... зверски убит здесь.
– Она мотнула головой в сторону кабинета и нервно почесала шею.
– Это слишком для меня.

– Так значит, вы не думаете, что он совершил самоубийство?
– Спросил Рид снова, хотя уже и сам пришел к такому выводу. Бандо был убит.

– Джош? Вы шутите? У него было слишком много, ради чего стоило жить. Предстояло еще сделать горы денег, выпить тонны спиртного, и переспать со множеством женщин.
– Должно быть, она заметила, что Морисетт напряглась, потому что Наоми посмотрела прямо на нее, сказав: - "Для протокола", я знаю, что Джош... совершил несколько опрометчивых поступков за последний год или около того. Не то чтобы он действительно изменял мне. На тот момент мы не были вместе.
– Она пожала своим тонким плечом.
– Это бы прекратилось, стоило нам пожениться.

– Правда?
– Спросила Морисетт.
– Откуда вы знаете?

– Потому что он обещал. Он был помешан на мне.

– Или просто был помешан, - сказала Морисетт вполголоса. Рид бросил на нее предупреждающий взгляд.

– Слушайте, мне действительно надо идти. У вас есть что-то еще?

– Как насчет имен женщин, с которыми он спал, если вы их знаете?

– Я не знаю. Они все были просто дешевками на одну ночь.

Морисетт не была в этом уверена.

– Ну, подумайте хорошенько, ладно? Иногда отвергнутая женщина - первый подозреваемый.

– Тогда у вас есть убийца, не так ли? Ни одна не могла бы считаться более отвергнутой, чем Кейтлин. Это печально, правда. Почти грустно.

– Вы и впрямь думаете, что она могла убить Джоша?
– Спросил Рид.

– Я не знаю, на что она способна. Но думаю, что она достаточно не в себе, чтобы это сделать. И не спрашивайте меня о доказательствах, потому что у меня их нет, но она ... странная.

Наоми поправила ремешок своей сумочки, когда Рид встал и сложил в карман свои записи.

– Если вспомните что-то еще, - он передал Наоми свою визитку, - позвоните мне.

С улыбкой, типа "и не надейся", она бросила визитку в свою сумочку.

Морисетт выключила диктофон, и они все вышли наружу. День стал даже жарче, чем был. Парило. Воздух был таким густым, что, казалось, прилипал к коже. Рид покрылся испариной к тому моменту, когда сел в машину. Наоми не торопясь закрыла дом, потом скользнула за руль своего «ягуара». Она надела солнечные очки, завела блестящий автомобиль и с ревом сорвалась с места, едва заметно притормаживая при выезде на улицу. Покрышки практически взвизгнули на повороте, скорее всего, уже через квартал она превысит дозволенную скорость на десять миль в час.

– Заносчивая сука.
– Морисетт смотрела вслед быстро исчезающему автомобилю.
– И даже не говори этого, ладно? У меня есть одно разрешенное ругательство в день, и это оно. С какой скоростью она едет? Сорок? Пятьдесят? Там, где позволено двадцать пять? Это почти как умолять нас остановить ее. Реально, отношение, типа "плевала я в ваши мерзкие легавые рожи".

– Это что-то, учитывая, что исходит из твоих уст, Андретти.

Рид включил передачу в крузере и отъехал от затененного тротуара.

– Я говорю не только о ее вождении. Все это ее самодовольное отношение, типа "я лучше, или, уж, по крайней мере, умнее вас". Это было отстойно.

– Согласен, - признал Рид, направляя машину за город.

– Я бы с удовольствием врезала ей разок-другой.

– Не ты одна, однако, лучше бы ты раньше была откровенной со мной по поводу Бандо. Если ты была связана с ним, я должен это знать и отстранить тебя от дела. Мы не можем все испортить. Не можем дать адвокату защиты ни малейшего шанса на то, чтобы отклонить наши доказательства из-за предвзятого отношения.

Морисетт залезла в сумку и вытащила оттуда пачку легких сигарет «Мальборо».

– Не волнуйся об этом, - сказала она, щелкнув жвачкой, когда нашла зажигалку.
– Я сказала тебе, что не была связана с ним, не лично.

– А если узнаю об обратном?

– Не узнаешь.

– Надеюсь, что ты не врешь мне, - сказал он, срезая дорогу через город.
– Предполагаю, что ты слишком хороший коп для этого.

– Правильно предполагаешь.

– Мне было бы неприятно говорить окружному прокурору, что мы облажались, потому что один из детективов, привлеченных к расследованию, был связан с покойным.