— Мари–Кристин, тут к тебе пришли. Я забыла, что я не Мари–Кристин. Отбросила книги и сложила шезлонг. И, только открыв дверь кухни, вспомнила, какую опасную игру я затеяла.

Это был Мэл. Он стоял, облокотись на буфет, надменно и развязно.

— Привет, – сказал он, когда я вошла. – А я как раз представлялся твоей кузине. Она тут за мной ухаживает.

Оно и видно. Уже налила ему выпить. Она сидела за столом и курила с жеманной элегантностью. Периодически она неторопливо проводила рукой по волосам с тем расчетом, чтобы они упали на прежнее место, оставив в воздухе легкий аромат духов. Она смотрела на него, сузив глаза, словно речи его были настолько обворожительны, что легко могли соблазнить ее одним только остроумием.

— А я как раз объяснял Селесте, что мы с тобой вместе работаем, – сказал Мэл.

Я слабо улыбнулась. И предложила ему посмотреть замок.

— Ладно, – сказал он. – Почему бы и нет. Отлично.

Селеста встала:

— Не знала, что тебе интересно, не то бы давно предложила.

— Вообще-то, Селеста, – сказала я, – нам с Мэлом нужно кое-что обсудить.

— Дела, – улыбнулся ей Мэл. Он был очень умен. Умудрялся очаровывать Селесту и в то же время демонстрировать мне бесцеремонную самонадеянность. – Сама понимаешь.

Селеста выпустила клуб дыма, не скрывая своего разочарования.

— Тогда возвращайся выпить, когда вы наговоритесь, – предложила она.

— Вот это да, – вздохнул Мэл, когда мы вышли во двор. – Она прямо точная копия Крис, правда?

— Что ты здесь делаешь? – грубо спросила я.

Он не имел права соваться в эту реальность. Он принадлежал другой.

— А ты что здесь делаешь? – задал он встречный вопрос. Он был возмутительно хорошо одет.

Сунул руки в карманы. Он наслаждался ситуацией. – Ты же сказала, что собираешься уехать.

— Я передумала.

— Ну, понятное дело.

— Это ненадолго, – сказала я. – Я просто отложила отъезд на несколько дней. Скоро уеду.

— Какая жалость. На будущей неделе в субботу в городе намечается грандиозный праздник. Фейерверки, как сказано в афишах. Танцы на площади. Оркестр. Все что душе угодно.

— Да, знаю, – сказала я. Я и вправду знала. Дядя Ксавье был членом праздничного комитета.

— Жаль, если пропустишь, – заметил он, как будто мы просто шли и болтали о пустяках.

— Чего ты хочешь? – резко спросила я.

— Ну, например, осмотреть достопримечательности, раз уж я здесь, – ответил он.

Я повела его в главный зал для банкетов. Он слонялся, разглядывая китайский фарфор и лакированные шкатулки.

— Очень мило, – бормотал он. – Очень и очень мило.

Я не попалась на эту удочку.

— Мне вчера позвонили, – сказала я. – Некая Сью, которая сказала, что работала с Крис.

— Сью? – протянул Мэл. – А там что такое? – Он зашел в библиотеку. – Ух, ты! – присвистнул он, разглядывая расписанный потолок. – Здорово.

— Крис ведь была секретаршей, верно? – гнула я свою линию. – Она вовсе не на тебя работала.

— А вот и нет, – сказал он. – На меня. Скажем так: она использовала свой талант – свой секретарский талант – в наших общих интересах. – Он снял с полки книгу. – Боже правый, – воскликнул он. – А ты недурное местечко выбрала, чтобы приземлиться. Я и понятия не имел, что Крис имела отношение ко всей этой роскоши. Она никогда не рассказывала об этом.

— Может, не хотела, чтобы ты знал, – холодно сказала я.

Он рассмеялся.

— Да тут на полках целое состояние, – сказал он. – Я тебе вот что скажу. Я могу связаться с экспертом по антиквариату, выясню, что стоит пустить в оборот, а ты время от времени будешь приносить мне по парочке книг. Никто и не заметит.

Я промолчала. Он положил книгу на место.

— Ну что ж, ладно, давай перейдем к делу, – сказал он. – Так кто ты есть на самом деле?

— А ты кто на самом деле?

Он засмеялся.

— Марина Джеймс, значит? – Он прислонился к полке и уставился прямо на меня. Взгляд был неприятным. Я отвернулась. – Забавно, – сказал он. – Я уверен, что где-то тебя видел. Чем-то мне знакомо твое лицо.

Я похолодела.

Он улыбнулся – доброй такой улыбкой.

— Ну ладно, – сказал он, – не будем об этом, правда? Это все детали. Пока, по крайней мере. Так что ты мне еще хотела показать?

Я повела его в следующую комнату – приемную с обшарпанными застекленными витринами, где хранилась коллекция огнестрельного и антикварного оружия.

— М–м, весьма интересно, – сказал он. – Такое мы любим. Вот за эти штучки, например, – он, указал на два пистолета с посеребренными пластинами на рукоятках, – можно срубить пару штук. Не меньше. – Он присел на корточки, разглядывая револьвер девятнадцатого века. – Ну, так скажи мне, Марина, – сказал он, – полиция уже объявлялась? Насчет денег-то?