Наконец, девочка отняла руки от лица.

– Как ты здесь оказалась? – спросила Ольга, делая ещё один осторожный шаг.

Намеренно или нет, но Клара повернулась к женщине спиной, и подошла к дальней стене подвала.

– Когда-то здесь была школа… - всё так же тихо проговорила девочка.

Ольга решила не задавать пока никаких вопросов, опасаясь вновь расстроить ребёнка.

– А потом случилось землетрясение, и её не стало, - продолжала Клара, будто разговаривая сама с собой. – И теперь отсюда нет выхода.

– Откуда ты знаешь про школу?

– Знаю. – Девочка повернулась к Ольге лицом. – Тебе пора уходить.

– Никуда я отсюда не уйду, пока ты не пообещаешь оставить нас в покое, - решительно ответила Ольга. – И ещё ты скажешь мне, что сделала с моей дочерью.

– Пожалуйста, уходи! – захныкала Клара. – Тебе нельзя здесь долго оставаться! Ты не можешь…

– Почему? – удивлённо спросила женщина. – Очень даже могу….

Неожиданно девочка замолчала, и её лицо приобрело испуганное выражение.

– Слышишь? – спросила она Ольгу.

На секунду женщина увидела перед собой не фантомную девочку, а обычного перепуганного ребёнка, который непонятно как оказался в этом странном месте. Но почему-то от этого Ольге стало ещё страшнее.

– Она сейчас придёт… - прошептала Клара. – Уходи!

 И тут Ольга почувствовала, что и без того холодный воздух, вдруг превратился в сковывающий мороз.

– Почему я не могу остаться, Клара? – облачко пара изо рта стало значительно больше.

– Здесь могут быть только такие, как я, - ответила та, и опять в её глазах мелькнула вселенская грусть.

– Какие? – Ольга начала мелко трястись от холода.

– Разве ты не поняла?

Женщина посмотрела на Клару внимательней, и с ужасом заметила, что при разговоре у девочки изо рта не вырывался пар!

– Мёртвые. – Подтвердила та её догадку.

В ту же секунду стены начали дрожать, со стен и потолка посыпалась пыль. Ольга кинулась к девочке, но огромной силы подземный толчок сбил её с ног, и затем пол превратился в палубу качающегося корабля. Раздался оглушительный грохот, сквозь который до Ольгиных ушей донёсся какой-то вой. Он приближался, нарастал в силе и постепенно приобретал плотность человеческого голоса. С потолка начала сыпаться штукатурка, и теперь женщине пришлось прикрывать голову руками. «Нет! – в панике проскочила мысль у Ольги. – Только не это! Только не землетрясение! Или…. Неужели, я так схожу с ума»?!

А потом рухнул бетонный потолок, и…. Ольга очнулась в Настиной комнате, перед зеркалом. Какая-то сила выбросила женщину обратно, и сейчас женщина сидела, скрючившись на полу, закрыв голову руками.

Неделю спустя Ольга вновь стояла у прилавка в антикварном магазине, однако в этот раз её состояние было близко к истерике. И было отчего! Тот-же старик смотрел сейчас на женщину как на сумасшедшую, и нагло утверждал, что никакого зеркала она у него не покупала!

– Комод – да, - согласно кивал он головой в десятый раз, - а зеркал у меня в продаже нет. Их и не бывает почти…

– Зачем вы лжёте? – сорвалась Ольга на крик. – Вы хоть сами понимаете, на что обрекаете нас?! Всю нашу семью?! Что вы хотите? Что вам нужно?!

Старик успокаивающе поднял руки.

– Прошу вас, не надо кричать! Мне от вас ничего не нужно. По-моему, наоборот – вы что-то требуете от меня! Я показал вам все записи и чеки… Вы сами видели, что никаких … м-м-м… свидетельств ваших утверждений о покупке у меня зеркала нет. Что вы ещё хотите? Комод – да, брали, а зеркало – нет…

– Но как-же…

Ольга замолчала. В самом деле, какие свидетельства? Кто видел и может подтвердить факт купли-продажи?

Она медленно отошла от прилавка.

У выхода Ольга обернулась.

– Вы просто чудовище, - слова вылетали сами собой. – Бессердечное, жестокое чудовище! Я сочувствую вашим детям и вашей жене. Бог вам судья, надеюсь, скоро вам воздастся по заслугам!

Лицо антиквара онемело.

– Моя супруга давно покоится с миром…. – казалось, эти слова дались ему с трудом. – Моя Виолетта…

Он запнулся, и замолчал.

В этот момент в магазин влетел паренёк, на вид чуть младше Ольги, едва не сбив ее с ног.

– Извините, я не хотел… - начал он, но Ольге было не до его извинений.

Уловив царящую в помещении напряжённость, паренёк обратился к застывшему у прилавка продавцу:

– Что происходит?

Старик начал складывать принесённые для Ольги бумаги, и не глядя на юношу, пробормотал:

– Ничего не происходит…. Иди пока прибери в подсобке, раз пришёл.