– Что ты такое делала, Настя? – первое, что пришло на ум, спросила Ольга. – Почему ты сидела на полу?

– Я видела девочку, - быстро, будто ждала этого вопроса, ответила та. – Её зовут Клара, и она живёт.… Там.… В зеркале.… И она сказала, что в её комнате пусто и холодно…

– Какие глупости, Настя!
– пожалуй, слишком резко, прервала её Ольга.
– Ты уже взрослая и знаешь, что девочки не могут жить в зеркалах!

– Нет, живут!
– крикнула Настя, чуть не плача. – Живут, живут!

Ольга обняла маленькое тельце дочери.

– Хорошо, хорошо, - успокаивающим тоном пробормотала она. – Давай об этом завтра поговорим, ладно? А сейчас ты ляжешь обратно в постель, и постараешься заснуть.

Девочка кивнула, и забралась на кровать.

Некоторое время Ольга молча сидела на краю Настиной постели, пока дочь засыпала. Затем отправилась в свою спальню.

– Она мне так и сказала, что ты не поверишь, - тихо сказала сама себе так и не уснувшая Настя, после того, как мама вышла из комнаты.

Утром Ольга рассказала обо всём мужу.

– Если это повторится ещё раз, придётся показать её врачу, - обеспокоенно произнёс Антон. – Настя – лунатик? Никогда в это не поверю!

– Знаешь, мне кажется лучше убрать зеркало из её спальни, - неожиданно решила Ольга. – Пусть пока в нашей спальне постоит.

– Ладно, будем надеяться, что у неё это стресс от переезда, который скоро пройдёт, - не зная, кого он больше успокаивает – Ольгу, или себя, пробормотал Антон. – А зеркало вообще выкинуть!

Но он его не выкинул.

Настя знала, что её новая подружка, живущая в зеркале, появится только поздно ночью, и поэтому терпеливо ждала её прихода лёжа под одеялом. День был нелёгким. Ей пришлось отвоёвывать у родителей право оставить зеркало в своей комнате, ради чего было использовано крайнее средство, к которому она прибегала исключительно в тяжёлых случаях – слёзы. Злоупотреблять этим было нельзя, ведь тогда этот способ мог утратить свою силу. А ведь Клара предупреждала её, чтобы она ничего не рассказывала родителям об их тайной дружбе! По-крайней мере, сейчас. Но ничего, кажется, мама с папой успокоились, как только Настя сказала им, что просто решила немного поиграть. Однажды по телевизору показывали страшный фильм про Кровавую Мэри, и Настя тайком посмотрела его от родителей. В чём сегодня и пришлось признаться. Это магическим образом решило проблему. «Я просто хотела вызвать Кровавую Мэри, как в кино», - сказала девочка, и тут-же увидела, как исчезла напряжённость с маминого и папиного лица. «Больше не делай так. Никогда. И давай договоримся, что на ночь ты будешь оставлять дверь в свою спальню открытой», - сказал отец, и Настя согласно кивнула.

Утомительный день и совсем не детская усталость сделали своё дело – глаза девочки закрылись, и она тут-же провалилась в сон.

В своей постели Ольга прислушивалась к завыванию ветра за окном. Уснуть не получалось. Все её мысли сейчас были о дочери и о том, как бы вновь не повторилось произошедшее в прошлую ночь. Признание Насти не до конца успокоило женщину, но казалось наиболее разумным объяснением увиденному. «И что она нашла в этом зеркале»? – недоумевала Ольга.

А затем почувствовала, как кровать под ней мелко затряслась. «Вот, опять началось! – запаниковала женщина. – Надо Антона разбудить…». Дрожь усилилась, и теперь Ольга явственно ощутила идущий из глубины дома нарастающий гул.

– Антон! – закричала она, впиваясь ногтями в его плечо. – Землетрясение начинается! Скорее, там Настя в спальне…

Мужчина проснулся, и тут-же схватил супругу за локоть.

– Оля, тише! Тише! Проснись!

Ольга замолчала, затем испуганно огляделась.

– Какое землетрясение? О чём ты говоришь? Тебе приснился кошмар.

 «В самом деле, какое землетрясение?!» - еле приходя в себя, подумала Ольга. Вокруг стояла абсолютная тишина.

– Вы меня обе с ума сведёте, - Антон выглядел не менее ошеломленный, чем его жена. – Воды принести?

– Нет, спасибо. Я лучше сама встану….

Мужчина тихо застонал, и вновь откинулся головой на подушку.

Возле спальни дочери Ольга остановилась. Здесь тоже было тихо. Дверь осталась открытой, и падающий в комнату свет из коридора мягко очерчивал фигурку маленького человечка под одеялом. «Да, ругали Настю, а сама-то...!
– в душе Ольги зашевелились угрызения совести. – Что со мной, чёрт возьми, происходит?!». Стоявшее в тёмном углу комнаты зеркало отсвечивало зеленоватым цветом. «Какое оно… мрачное, - подумала женщина. – Совсем не для маленькой девочки! Рано или поздно, но его надо будет отсюда убрать. А лучше вообще из квартиры унести!». Не услышав ничего подозрительного, Ольга прошла на кухню и налила стакан воды. С ним вернулась в спальню, вновь на секунду задержавшись у двери Настиной комнаты, и затем легла в постель. Промучившись, минут сорок, вконец обессиленная сегодняшними переживаниями, Ольга всё-же заснула.

Если бы она не была такой уставшей или оказалась чуть внимательнее, то заметила бы, что одеяло в Настиной постели скрывало двоих.

– Ты хорошо себя чувствуешь, Настя? – спросила Ольга за завтраком дочь. Та вяло ковырялась ложкой в тарелке с хлопьями. Лицо у девочки было бледным и осунувшимся, словно она внезапно заболела.

– Хорошо, - безучастным тоном ответила Настя.

– Может, болит что? – не унималась мать. Вид и поведение дочери встревожили Ольгу не на шутку.