Как на постель швыряли, торопя...

Тебя любили..?

Нет! Тебя губили..

Себя любили около тебя..!

Елена

Не знаю сколько я тогда бежала. Куда я направлялась. Сколько падала и поднималась. Просто хотела уйти от реальности, скрыться от всего мира,исчезнуть...испариться во мраке промозглой ночи...

Я не чувствовала холода-мне его заменяла боль. Я не чувствовала физической боли от падений и ушибов, а ощущала моральную, которая ранила еще больше, еще глубже.

Я до сих пор не помню как добралась до такого странного места,но отрицать то,что меня привел туда голос свыше бесполезно. Как еще мне найти место,где начинается обрыв в пропасть? И откуда ему было взяться посреди такого города?

Этого мне никогда не узнать. Но то,что я оказалась прямо перед ним было реальностью и то, что я чуть не совершила самую большую ошибку в своей жизни-тоже...

***

Я остановилась слишком близко к пропасти, слишком близко к смерти... Но что такое смерть, по сравнению с теми чувствами,которые образуют беспорядок в моей измученной душе?

Что такое смерть, когда я сама желаю кинуться в ее спасительные объятия и раствориться в неизвестности?!

Я сама стремлюсь к ней, сама протягиваю руки в беспомощном жесте от поглотившего меня безумия...

Сама подхожу еще ближе... еще и еще...

И только в тот момент,когда одна моя нога уже поднята над пустотой безграничной пропасти,а руки раскинуты в стороны, передо мной встает лицо... лицо матери...ее грустные и полные боли глаза,которые умоляют меня о чем-то... требуют остановиться. Не делать этот шаг. Шаг,который приведет к краху всего того,чем я дорожу больше всего на свете...

И только это спасает меня от непростительного,по отношению к близким,поступка...

Только это заставляет меня понять то,что я делаю...что хотела сделать...

Медленной поступью я отступаю назад и, качая головой из стороны в сторону, осторожно останавливаюсь на безопасном расстоянии от заманчивой неизвестности...

Ноги просто не держат и это заставляет меня осесть на, мокрую от растаявшего снега, землю и зарыться в нее обеими, окоченевшими и посиневшими от холода,руками.

Слезы так и катятся, обжигая щеки... Тело дрожит непонятно от чего: то ли от холода, то ли от, сжигающей все на своем пути, боли...

Подняв голову и уставившись в беззвездное небо, я хочу закричать и выплеснуть все свои эмоции,но у меня ничего не получается. Голос не поддается мне. Комок стоит поперек горла и не позволяет крику вырваться наружу. Лишь шепот дрожащего голоса звучит в ночной темноте:

– За что? Почему именно я?

***

POV Валентины

Я не уловила тот момент,когда ее голос остановился и прервал,захватившую меня в плен, историю.

Не уловила тот момент,когда из глаз Розабеллы, сидевшей напротив меня на все том же мягком диване, покатились слезы.

Не заметила лишь потому, что сама в этот момент тайком вытирала мокрые щеки.

Знала ли я, когда бралась за это дело, что оно обернется ненавистью против мужа начальницы и возлюбленного Розабеллы?

Понимала ли, что сама так проникнусь этой затрагивающей душу историей, что забуду обо всем на свете и буду жаждать смерти человека?

Подсев к плачущей женщине, я неуверенно приобняла ее за плечи и попыталась успокоить:

– Не надо! Все уже в прошлом!

Но, услышав мои слова, Роза(так она просила называть себя), к моему удивлению, начала плакать еще сильнее,переходя на рыдания. Я не знала что мне делать,как успокоить эту, потрепанную еще молодой жизнью, девушку. Какие слова произнести, как повести себя.

Роза сама решила эту проблему за меня, отодвинувшись и заговорив низким, прерывающимся голосом:

– Я плачу не жалея себя. Не жалея ту наивную девушку, которой была. Мои слезы льются не из-за той боли,которую мне причинили,. Они проливаются...-на последнем слове ее голос чуть дрогнул,но Роза быстро собралась и продолжила,- из-за презрения к себе. Из-за ненависти к себе за тот шаг, который я чуть не совершила. Из-за моего эгоизма , перебороть который в тот момент не смогла, и решила сдаться без борьбы..Я боюсь...

Я так и не сумела дослушать то, что она хотела мне сказать. То,чем хотела со мной поделиться, ибо тишину нарушил звук открывающейся двери и Роза , мигом вскочив с места, побежала в сторону спальни. А я лишь успела привести себя в порядок,когда в комнату вступил высокий мужчина среднего возраста и уставился на меня своими, почти что черными, обволакивающими глазами.