Шрифт:
– Ну так давайте найдем того, кто барьер сделал, ну или еще как-нибудь…
– Скорее всего, мы погибнем раньше…
Противник затаился.
Они даже не могли защитить себя.
– Так что же нам делать?!
– …
Ни Наоэ, ни Аяко не ответили. Без силы они были просто обычными людьми. Их, таких беззащитных, теперь можно было без всякого труда атаковать энергией. Для них, привыкших что сила - неотъемлемая часть их существования, потерять ее было ужасно. Глядя на вытянувшиеся лица Наоэ и Аяко, Такая сжал кулаки.
“Достали…”
Он не мог умереть здесь. Оставались еще вещи, которые надо было сделать. Было так много вещей, которые он хотел сделать. Он прожил всего семнадцать лет. И из-за этого чужака Кагеторы…
“Я что, здесь сдохну?!”
Дверь в кладовку, что находилась дальше по коридору, распахнулась, и все веники посыпались на пол. Один из них взлетел, и его ручка нацелилась на Такаю и остальных.
– !
Он ринулся к ним, словно стрела.
– Пошел на ***, ублюдок!
Деревянным мечом он отбил веник, когда тот приблизился. Оставшиеся веники атаковали все сразу. Жажда крови плескалась в глазах Такаи, когда он пытался отбить их.
– А ну прочь, погань!
– Берегись, Кагетора!
Из двери позади в коридор с визгом выехал шкафчик. Во всех аудиториях хлопали двери, и один за другим серые шкафчики перегораживали холл, словно сооружая баррикаду. А потом шкафчики оторвались от земли.
– !
Их же сейчас размажет! И ожить они уже не смогут. На них с воем неслась груда железных шкафчиков.
– Внутрь!
Наоэ втолкнул их в одну из аудиторий. Из коридора донесся ужасающий рев. Парты и стулья тут же поднялись в воздух и оттуда атаковали их.
– Ух!
Они снова вывалились в коридор и захлопнули двери. Парты, ударившись о дверь, попадали на пол.
Они помчались по коридору. Окна на их пути взрывались одно за другим. Что-то подтолкнуло Такаю в спину.
– Аааа!
Он присел и завертел головой:
– Наоэ!
Наоэ опустился на пол рядом, прижимая ладонь к плечу. Большой осколок пронзил его плечо, и по руке струилась свежая кровь.
– Наоэ!
– Уходите!
– выкрикнул Наоэ.
– Здесь опасно! Быстрее уходите!
– Чт…но…ты!
Стекло попало прямо в него. Из брови тоже потекла кровь, раны были довольно серьезные.
– Со мной все нормально…просто идите! Харуиэ, прихвати Кагетору-сама!
– Поняла!
– Постой, идиот! Я никуда не пойду!
– прокричал Такая, сидя на корточках рядом с Наоэ.
– Ты пытаешься защитить меня? Пытаешься…!
– Что вы себе думаете?! Быстрее…!
Осколки позади Такаи поднялись в воздух и сорвались с места. Наоэ молча обнял Такаю.
– …
Наоэ принял все стекло собственным телом, будто щитом.
– А… - выдохнул он и навалился на Такаю. Такая поддержал Наоэ и вгляделся в его искаженное болью лицо. Руки его были липкими от крови. Наоэ пробормотал между судорожными вдохами:
– Быстрее…беги…пожа…
Глаза Такаи расширились. Это было выше его терпения.
– Не прикрывай меня, Наоэ.
– Каге…тора…са…
– Не заслоняй меня, Наоэ! Ты убьешь себя!
– Что…
– Почему ты прикрываешь меня?! Зачем пытаешься защитить?! Почему?!
Наоэ сделал несколько шумных вдохов. На мгновение на его вымученном лице появилась легкая улыбка:
– Если что-то случится…с вами…есть люди, которые будут горевать…Такая-сан.
Такая вытаращил глаза:
– Наоэ…
…
Почувствовав холодное дуновение, Такая оглянулся.
Позади одно за другим появлялись привидения людей, умерших давным-давно. Призраки Каске стояли прямо перед ними, укутанные в белые погребальные одежды. На лицах этих легендарных людей глубоко отпечатались гнев и злоба.
Нитооо…гошоооо…
Обиженные голоса раздавались словно из-под земли.
Не нарушай обещание…не нарушай свое обещание…
Нитоо…гошооо…
Благородные люди, в битве отдавшие жизни ради блага бедняков.
– …Почему?
– сипло пробормотал Такая.
– Зачем вы это делаете? Оттого вы остались в этом мире?
Призраки Каске не отвечали, лишь повторяли одни и те же слова: “Два то пять шо”.
Подобные призраки не подчиняются логике, не подчиняются ничему, кроме простейших эмоций. Они не ведают ни здравомыслия, ни причин - только печаль, ненависть, обиду, гнев. Они действуют только из-за неотомщенных, неисчезнувших чистых, непреодолимых, сильных эмоций.