— Не порви мне рукава. — Он нахмурился.

Она дышала тяжело. Ее ногти прорвали ткань его куртки. Он повернул ладони и ухватил ее запястья, отодвигая девушку от себя. Она пошатнулась, ударилась о стену и осталась распластанной у стены, глядя на него и глубоко, со всхлипываниями переводя дыхание.

Харбин медленно покачал головой. Он смотрел в пол.

— Мне очень жаль. Черт побери, как жаль. Как жаль, черт побери.

— Но не мне.

Он посмотрел на нее:

— Тебе в особенности. — Она открыла было рот, но он знаком приказал ей молчать и сказал: — Послушай, Глэдден, просто послушай меня и попытайся принять это спокойно. Тебя обвели вокруг пальца. Этот парень — не то, что ты думаешь.

— Перестань!

— Говорю тебе, этот парень вышел на охоту.

— Не надо. Пожалуйста, не надо.

— Этот человек, Финли, он — коп...

— Нэт, Нэт. — Она прервала его мольбой. — Я говорила тебе, что я больше не маленькая девочка. Я выросла, я знаю алфавит. Перестань делать из меня дурочку, ладно?

Неожиданно он почувствовал глубокую усталость и распластался на кровати, его руки упали на покрывало.

— Если ты попытаешься выслушать, — сказал он, закрыв глаза, — я попытаюсь тебе объяснить. Этот Финли — один из тех копов, с которыми я говорил в ту ночь, когда мы пошли на дело. Несколько минут назад я сидел в боковой комнатке, выходящей в вестибюль, когда он вышел из лифта и удалился.

Я его узнал.

— Зачем ты это сделал? — закричала она. — Что ты затеваешь?

— Я ничего не затевал. Финли об этом позаботился. — Что-то вроде вздоха сорвалось с его губ. — То, что он коп, ничего не значит. И с его точки зрения, ты тоже ничего не значишь. Он не хочет тебя. Ему нужны изумруды.

Он заметил, как она посмотрела на него таким взглядом, какого у нее никогда раньше не было. Он услышал, как она спрашивает:

— Зачем ты мне лжешь?

— Разве я когда-нибудь лгал тебе?

— Нет, — согласилась она. — Тогда почему ты лжешь мне сейчас?

— Я не лгу. Если ты хочешь знать все, я расскажу тебе все.

Она медленно кивнула, и он принялся рассказывать. Начать было легко, но, когда он дошел до предложения Деллы, ему стало трудно говорить.

Она стояла и смотрела, как он боролся с собой. Наконец он, собравшись с силами, рассказал все начистоту.

— Я вижу, как Финли все спланировал, — говорил Харбин. — Как он старался убедиться, что все пройдет без сучка без задоринки. В тот день, когда я отвез тебя к поезду, он следовал за нами. Я просто вижу, как он следует за нами. Он уже обнаружил Берлогу, и Делла за ней следила. И тогда там, на станции, когда ты села в поезд, он тоже сел в поезд. Когда ты прибыла в Атлантик-Сити, он шел за тобой, смотрел, как ты выбрала этот отель, а затем принялся обрабатывать тебя здесь, в Атлантик-Сити, в то время как Делла обрабатывала меня там.

Она подошла к кровати и уселась на краешек. Ее дыхание стало несколько легче. Она сказала почти безразлично:

— Некоторые люди всегда действуют окольными путями.

— Финли не действует окольным путем. Он следит за изумрудами ценою в сотню тысяч долларов. Вот и все. Но в этом вся соль. Он работает медленно, но надежно. Он будет шагать со ступеньки на ступеньку — сначала установит контакт и будет следить за тобой, тогда как Делла будет следить за мной. Они будут ждать неделю, или две, или три, или пару месяцев. А если потребуется полгода или даже больше, что ж, сто тысяч долларов стоят всех этих усилий и всего этого ожидания.

Она уставилась на спинку кровати над головой Харбина.

— Изумруды, — сказала она. — Осколки зеленого стекла.

Харбин немного приподнялся с кровати.

— Забудь об изумрудах, — сказал он. — Более важная вещь — трое убитых полицейских. Это для нас что-то новенькое. — Он уселся окончательно, опустив ноги с кровати. — Именно поэтому ты должна пойти со мной. Остаться со мной. Ты запутана в это дело, Глэдден. Хотел бы я, чтобы это было не так, но факт остается фактом. Ты, и Бэйлок, и я сам. Мы, все трое, оказались в ситуации, когда следует бежать. Нам нужно бежать отсюда.

— Все так плохо?

— Я сам точно не знаю, насколько все плохо. Я знаю только, что мы не можем оставаться здесь — нас, того и гляди, обнаружат. Надо уходить прямо сейчас.

Глэдден немного помолчала. А потом сказала:

— Я полагала, что порвала со всем этим. У меня было чудесное чувство, словно я избавилась от ужасной головной боли, от которой страдала всю свою жизнь. Ты вернулся. И у меня опять та же головная боль.

Она встала, обошла вокруг кровати, направилась к двери и уставилась на нее, словно это была железная стена. Потом повернулась и подошла к нему:

— Ты снова впутал меня в это дело.

— Не я — обстоятельства.

— Не обстоятельства. — В ее глазах и в ее голосе слышался недостаток уверенности. — Нет, не обстоятельства. Ты. Ты, Нэт. Ты удерживаешь меня сейчас, как всегда удерживал. Я говорила тебе, что не хочу иметь с этим ничего общего. — Ее тело задрожало. — Я не хочу, не хочу, я никогда этого не хотела, я не хочу иметь к этому отношения. — Она подошла к нему близко-близко. — Не хочу иметь к этому отношения. — Помолчав, она добавила: — Есть только одна причина, по которой ты снова вешаешь меня себе на шею, — так для тебя безопаснее.