– Дорогой, Анатолий Самуилович! Получилось великолепно!
– всю тираду произношу серьезным и проникновенным голосом, хватаю Бивиса за руку и трясу двумя своими.

Настороженное выражение на лице дирижера неуверенно меняется на радостное.

Мне неловко. Быстро меняю тему:

– Анатолий Самуилович, я привез еще стихи и готов промычать мотивчик!

– Хорошо, - Бивис снова деловит, - что-то милицейское?

– Нет, милицейское в следующий раз, сегодня я привез песню для Людмилы... Петровны.

Сенчина, сохранявшая серьезное выражение лица, во время исполнения "Ордена", заинтересованно оживилась.

– Уверен, что она станет настоящим шлягером, - "пророчествую" я, листая свою тетрадь, названия еще нет, так что будем ориентироваться пока на первую строчку. А вот и она - я зачитываю: " На теплоходе музыка играет!"

Бивис кивает и "берет быка за рога":

– Давайте тогда не будем терять время и пройдем в малый репетиционный зал.

Он на минуту отходит дать последние указания музыкантам и затем приглашающе машет нам рукой.

– Виктор, - наклоняется к моему уху Бивис, пока мы идем по темному коридору, - мне кажется или этот молодой человек не Алексей?..

***

От Бивиса мы с Димоном вышли в начале девятого...

Работа над песней сегодня шла просто фантастическими темпами. Похоже у нас, все-таки, получилось сработаться. На то, чтобы понять мелодию у Бивиса ушло, от силы, три минуты, а еще через два с половиной часа Сенчина первый раз спела "Теплоход" в сопровождении оркестра. В ее исполнении песня звучала как-то душевно и... реалистично, что ли... Можно было легко представить деревенскую красавицу, которая поет о своих простых и чистых чувствах.

Сама Людмила было в восторге, ей песня очень понравилась. Бивис эмоциями не фонтанировал, но разговаривал со мной уже не приторно вежливо, а вполне искренне. Музыканты оркестра репетировали и играли с удовольствием, и им песня пришлась по душе.

Ошарашенный всем увиденным и услышанным за день, Дмитрий емко вынес свою оценку: "А ты, Вить, ничего так... могЁшь!"...

...Первую половину следующего дня я продолжил "заниматься творчеством". Тексты песен нужно было переписать из интернета в заветную тетрадь, а к Алексею идти без приглашения не стоило. "Большому брату" надо было дать отоспаться после смены, да и с Димоном у них, наверняка, было много морпеховских воспоминаний...

В начале третьего, когда Леха, наконец, позвонил, я уже начал скучать и придумывал, чем бы мне еще заняться. Возникала мысль позвонить Завадскому, тем более, что мы договаривались об этом, но номер телефона остался у Алексея.

Когда я завалился к "Большому брату", то был встречен довольно тепло. Леха и так ко мне относился лучше некуда, а Дмитрий, явно, вчера проникся моей нереальной крутизной! Приятели, на самом деле, предавались армейским воспоминаниям и планировали сегодняшний день. В качестве предложений звучали идеи посетить Эрмитаж, ресторан или поездить по городу на "москвиче". Наличие у Лехи собственной машины вызвало у Димона неописуемое удивление и энтузиазм. Еще бы, ведь у него были права, полученные в армии, и перспектива погонять на машине, вызвала на его лице мечтательное выражение.

Я с ходу включился в составление планов и внес два предложения: первое - позвонить Завадскому и поехать к нему на машине через полгорода (идея такой поездки вызвала одобрение обоих "близнецов"), и второе: съездить в Гавань, проведать наш ангар. После сообщения, что у нас существует еще и собственная лодка, Димон впал в задумчивость и стал, периодически, внимательно на меня поглядывать.

Завадский на звонки не отвечал, и мы поехали в Гавань. По пути, Леха поменялся с приятелем местами за рулем, и тот оказался, вполне себе, уверенным водителем. Я некоторое время боролся с искушением тоже попроситься за руль, но, все же, благоразумно сдержался, и так уже много вопросов. Пусть Леха меня сам как-нибудь "научит" водить.

Когда подъезжали к пирсу, я вбросил идею:

– Леша, послушай, на фига нам эта лодка? За ней надо ухаживать, она может рассохнуться, а ни ты, ни я фанатами хождения под парусом не являемся...

Мы припарковались около ворот, Дмитрий заглушил мотор и молча слушал.

– То ли дело машина, это понятно и практично, а лодка в холодной Балтике, это - странно. Тем более нам сейчас потребуется помещение под репетиции своего ВИА (глаза Димона опять удивленно округлились). А лодку, и лучше с мотором, купим на юге, когда поедем в отпуск.

Дмитрий уже откровенно изумленно переводил взгляд с Лехи на меня и обратно, не зная, как реагировать на такие речи.

Откровенно наслаждаясь моментом, Леха важно подвигал бровями, видимо считая, что так имитируется тяжкое раздумье, и спросил:

– А в ВИА думаешь ребят Завадского перетащить?

– Именно, у нас других вариантов, собственно говоря, пока и нет. А потом уже посмотрим...

– Надо Митричу поручить пустить слух, что продаем, - наконец, решил Леха.