— Не делай из меня ребенка, — с усмешкой промолвила Дженни. — Глупо отрицать. Мы никуда дальше не продвинемся, если ты станешь уверять, что женился на мне по любви.

— Подожди, подожди, — какая-то догадка озарила его. Ярость мгновенно испарилась. — Не знаю, кто внушил тебе эту странную мысль, но относительно Беллы могу сказать тебе совершенно точно — она не интересует меня как женщина.

— Ну конечно! — Дженни сжала подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев. — Я не слепая. Она красива, обаятельна и чувственна…

— Конечно, красива, — прервал ее Норман, — как десятки других женщин, которых я встречал. Но ни в одной из них не было твоей чистоты.

— Моей наивности, — язвительно возразила Дженнифер, вздергивая подбородок. Прядь волос упала ей на лицо. Она нетерпеливо убрала ее. Наверное, она выглядит жалкой, растрепанной, неуверенной в себе… Норман не отрывает от нее глаз. Рассматривает, оценивает, сравнивает, подумала Дженни. — Моя проклятая наивность, — продолжала она, горько вздохнув. — Провинциальная девочка, неискушенная…

— Это тоже было о-о-очень привлекательно. — Его циничная улыбка подлила масла в огонь, Дженни кипела от негодования. — Все-таки есть что-то трогательное и привлекательное в том, чтобы ухаживать за девственницей, — с легкой иронией в голосе заметил Норман.

— Охота за беззащитным созданием горячила тебе кровь, не так ли? — Дженнифер презрительно скривила рот.

— Ты потрясла меня до глубины души, — сказал Норман, уже совершенно серьезно, медленно выговаривая каждое слово.

— О, Норман, не надо, пожалуйста! — взмолилась Дженни, готовая разрыдаться.

— Молчи и слушай, — с нажимом проговорил Норман. — Я долго искал такую, как ты. Нет, — сказал он, не давая ей возможности прервать его, — совсем не потому, что ты наследовала состояние. Со временем я все объясню тебе, а сейчас просто поверь.

— Объясни сейчас, — потребовала она.

— Нет, Джейн. Я не могу сказать тебе всего.

— Все пошло к черту! Сердца разбиты! Наш брак лопнул как мыльный пузырь, а ты продолжаешь напускать какую-то таинственность, — возмутилась Дженни.

— Вернемся к вопросу об Арабелле, — мягко предложил Норман.

— Ну, давай вернемся. — Дженни устало вздохнула.

— Ты ведь не знаешь, кто такая Белла. Она дама полусвета, и мне никогда не приходило в голову иметь с ней связь.

— Что это значит? — недоуменно спросила Дженни.

— Это означает даму, которая основывает свою карьеру на связях с богатыми любовниками, — сухо объяснил Норман.

— Ты имеешь в виду, что она э… э…

— Что-то вроде проститутки, — подсказал он недрогнувшим голосом.

— Как ты можешь так говорить о ней? — Дженни была неприятно поражена. — Это непорядочно.

— Я бы и не говорил, если бы не возникло необходимости. Не сказав этого сейчас, я разрушу свое будущее. А потом, я ведь знаю, что дальше тебя это никуда не пойдет. Так вот, Белла совсем не такая, как ты. Она и умна, и прекрасный собеседник, и проявляет море терпения, околачиваясь по приемам, ресторанам, холлам отелей, поджидая очередную жертву. А потом купается в деньгах, заставляя мужчин носить себя на руках, и при этом выглядит победителем. Говорят, в постели она похожа на дикую кошку. Мне не доставляет удовольствия передавать тебе салонные сплетни, Джейн. Прошу, поверь мне, что я лично не знаком с ее сексуальным поведением.

Вот так. Разом снял все подозрения. Прямой, откровенный, беспощадно искренний. Однако…

— Вы находились слишком близко друг к другу, когда танцевали… И это нежное «прощай», объятия и поцелуи, — запинаясь, проговорила Дженни.

— Конечно были! — воскликнул Норман. — Белла расстроилась. Она вообще очень тяжело переживала, когда я сообщил ей, что собираюсь жениться, — терпеливо объяснил он.

— Потому что вы были любовниками, — не сдавалась Дженни.

— Нет. Никогда. — Норман говорил с ней, как с неразумным младенцем. — Наши отношения имеют долгую историю. И очень специфичны. Она привыкла к ним. Взгляни на все ее глазами, и ты поймешь ее переживания. Однако мы оба знаем, что брак между нами невозможен. Даже если бы это случилось, мы бы оба проиграли. Я всегда уделял ей много внимания, и я первый человек, к кому она обращается, попадая в трудное положение. Конечно, она не безразлична мне, Джейн.

— Да, но… Это выглядело тогда совсем по-другому.

— Ничего похожего на то, что ты имеешь в виду. Все происходит только в твоем воображении. Результат твоих невесть откуда взявшихся страхов и опасений. — Норман ласково улыбнулся. — Так вот чем объясняется твое странное поведение!

— Мне казалось очевидным, что вы влюблены друг в друга.

— Ну все, сколько можно, — устало проговорил Норман.

Дженни нервно покусывала губы.

— Не знаю, что и думать, — растерянно пробормотала она. Голова у нее разболелась, и она приложила ко лбу холодную ладонь. — Действительно, не знаю.