В глубине души он надеялся, что выяснение отношений затянется, и можно будет со спокойной совестью пожурить детвору и всё-таки отложить обучение на потом. Но ребятки, словно заранее сговорившись, развеяли его иллюзии. Они в два счёта установили очерёдность и, подпрыгивая от нетерпения, смотрели на старшеклассников полными надежд глазами. Пришлось соответствовать.

Каждого из подопечных они брали за руки, так, чтобы их ауры сливались, и дети могли на уровне подсознания усвоить происходившее действо, и очень медленно, пошагово, демонстрировали им технику взгляда в прошлое с фиксацией сознания на инструменте наблюдения — линзе. После того как все третьеклашки получили представление об этом достаточно простом занятии, наступил следующий этап. Теперь уже ученики показывали наставникам, насколько точно они восприняли приёмы работы. Разумеется, не обошлось без курьёзов. Санчо Родригес, например, так увлёкся, что сознание его застряло во времени конкистадоров, и пришлось совместными усилиями вызволять неумёху из созданной им самим ловушки. А Катенька Опухтина упорно возвращалась к началу нынешнего месяца, невзирая на просто-таки титанические усилия прорваться гораздо дальше. Зато у Дани Ковальчука и Насти Сазоновой с первого раза всё получилось замечательно. Даня возжелал лицезреть поход атомной субмарины в семидесятых годах прошлого века, а Настя проявила интерес к каравеллам Колумба. И Саков, и Пономарёв, опекавшие их, отметили стопроцентное попадание в заранее составленную ими сетку событий.

К исходу третьего часа триумвирату затейников из Петербурга стало ясно, что фокус удался. Поголовно все мальчишки и девчонки абсолютно твёрдо управлялись со своими линзами и вполне могли обойтись без надзора. Они возбуждённо обменивались впечатлениями и наперегонки ныряли в прошлое, соревнуясь друг с другом в изобретательности и умении. Доморощенные учителя едва успевали отслеживать их исторические экскурсы. Новая игра — а именно так ребятишки восприняли окончательный результат полученных знаний — нравилась им явно и безусловно. Наконец, Пономарёв, у которого уже рябило перед глазами, хлопнул ладонью по столу и рявкнул:

— Ша! На сегодня хватит. Мы удаляемся, но обещаем вернуться. И не вздумайте без нас заниматься самодеятельностью. Узнаю — мало не покажется.

И он продемонстрировал почтительно замершим третьеклашкам увесистый кулак.

— До свидания, дети! — вежливо сказал Пысин и окинул класс суровым взглядом. — Не шалите!

А Саков только помахал рукой.

Они покинули школьный комплекс, врезанный в стенку кратера, и в приподнятом настроении пошли по тропинке. Их просто распирало от сознания отлично выполненного дела.

— Ну, — обращаясь к Пономарёву, обронил Сашка, — убедился теперь?

— Теперь да, — буркнул Шурик, всё ещё не одолевший мельтешения от смены давно минувших лет. — Только как ты догадался?

— Аналитический склад ума. — Пысин постучал себя пальцем по лбу. — Не каждому дано.

— А я-то не мог понять, почему мне всё время так неудобно? — фыркнул Пономарёв и глянул на Сашку с изрядным сарказмом. — Оказывается, рядом с нами скромничал гений. Как полагаешь, Юрик?

— Поздравляю, отцы! — Саков, пропустивший мимо ушей перл приятеля и уловивший лишь своё имя, довольно потёр руки. — Мы только что вписали мелюзгу в историю.

— О сказанул! — восхитился Пысин. — Фраза с тройным смыслом! А ещё обвинял меня в пристрастии к предмету Ди-Эм. Сам-то!

— Я разумно сочетаю. Для расширения кругозора.

— Пойдём-ка расширять его к нашему недоделанному аппарату. — Пономарёв мощной дланью подтолкнул его в спину. — Там и покажешь, насколько ты расширился.

Нет ничего хуже неожиданных вызовов на ковёр. Мартин и Эш настороженно посматривали на Президента, а тот делал вид, что не замечает этих взглядов. Собственно, они собирались напроситься на встречу сами, но Дуглас их опередил. И это несколько накаляло обстановку, потому что ни тот, ни другой понятия не имели, зачем понадобились первому-лицу государства. Молчание прервал более нетерпеливый Мартин.

— Мистер Президент, мы могли бы подготовиться лучше, если бы знали о причине вызова, — нервно произнёс он. — Если вы хотели застать нас врасплох…

— Ага, привыкли всё-таки к субординации. — Дуглас обнажил в улыбке белоснежные зубы. — Сегодня можете не напрягаться. Встреча у нас не официальная. И это — не Овальный кабинет. — Он красноречиво махнул рукой в сторону удобного дивана. — Пора бы уже замечать протокольные нюансы. Сейчас принесут кофе и начнём. Присаживайтесь, джентльмены.

Не успел он закончить фразу, как двустворчатые двери отворились, и вышколенный стюард вкатил в Восточную комнату сервировочный столик с дымящимся кофейником, сливочниками, несколькими вазочками с разнообразной выпечкой и миниатюрными чашечками на столь же крошечных блюдцах с серебряными ложечками. С профессиональной ловкостью расставив приборы, он тут же исчез, будто его и не было. Мартин одобрительно крякнул и немедленно ухватился за кофейник.

— Если неофициально, — заявил он, — то давайте уж совсем по-домашнему, как в старые добрые времена. Всем наливать? Кстати, Чарли, не завалялось ли у тебя бутылочки бренди? К кофе?

— Узнаю хватку кетчера Билли, — рассмеялся Дуглас. — Ему только дай шанс.

— Нечасто ты мне его давал, — сразу ощетинился Мартин. — Всё больше сам старался.

— Но сейчас-то ты доволен?

— Речь о департаменте науки? Да, не самая худшая подача.

— Кстати, о науке. Ответь-ка, Говард, зачем нам ещё пять баз у Сферы, если никакой активности в Солнечной системе за полтора года не замечено? Это затратное финансирование.

— Позволь не согласиться, Чарли. — Эш решил не уступать ни дюйма отвоёванной территории. — Во-первых, базы — наши форпосты у внешнего пери метра, и случись там что-нибудь экстраординарное, мы узнаем об изменении обстановки первыми. Очень немаловажный фактор, между прочим. Во-вторых, они не столько военные объекты, сколько станции наблюдения, и у меня уже начинают скапливаться заявки от зарубежных астрофизических обществ на участие в программах изучения большой вселенной, так что в самом ближайшем времени они начнут окупаться.