— Дети мои, только не надо сейчас тратить драгоценное время на переодевание, бежим так! Эти чёрные одежды отлично скроют вас в темноте. Как говорил незабвенный Линь По: «При виде аиста мудрая лягушка предпочтёт кимоно из тины…»

Все сразу признали, что аналогия хоть куда! После чего без споров и пререканий успешно выбрались на стену и привязали верёвки к зубцам. Часовых монахи не выставляли, разве что один деятельный дедок дремал в сторожке у ворот. В ночную тишь первым ушёл эльф, второй полезла Рахиль.

— Удачи, — тихо благословил казак. — Не убегайте далеко, я следом.

— Ваня, а вы таки точно решили? Может, пока оно не поздно, одумаетесь и вернётесь… Другого православного Рая не будет.

— Пусть, но и в таком я тоже не останусь! Не предложили, не спросили, при всём народе шашку отобрали, из формы вытряхнули, в рясу сунули и пинка под зад — иди, молитвы читай! Меня аж до сих пор трясёт, как вспомню…

— Не надо, не травмируйте себе ваши нервы, это моя привилегия… Жду внизу, как верная казацкая лошадь!

Тихий «ойк», звук пощёчины и сдержанная эльфийская ругань откуда-то снизу из темноты дали понять, что девица спустилась куда надо и Миллавеллор её поймал. Подъесаул ещё раз окинул прощальным взглядом мирно спящий монастырь и тоже взялся за верёвку. Спуск со стены на твёрдую землю не занял много времени, через минуту героические беглецы гуськом удирали мимо рощицы в лес.

Обладающий эльфийским зрением, чуть сгибаясь под тяжестью мешка, философ-наркоман бежал первым, остальные спешили след в след, стараясь не отставать. Остановились на чистой, серебряной от лунного света поляночке, потому как Миллавеллор просто рухнул носом в мухомор, категорично отказываясь идти дальше. Первое, что сделал Иван, так это полез в мешок за формой и, попросив не смотреть, быстренько переоделся. Чёрную монашескую рясу он с наслаждением зашвырнул в кусты…

— Ваня-я, вы просто попси-секси! Я не удержалась на подсмотреть…

— Может, тут у кого попси и секси, — не совсем уловив суть, надулся молодой человек, — но любые намёки насчёт моей попси меня, как православного казака, только оскорбляют!

— Ой, мама, чем оскорбляют, чем?!

— А не фиг подсматривать!

— Вам ещё не говорили, что вы жуткий зануда?! — томно потянулась Рахиль. — Ну, хотите — подсмотрите за мной, мне таки будет чуть-чуть приятно. Включайте музыку — я переодеваюсь!

Такого откровенного напора Иван вынести не мог и, разумеется, демонстративно отвернулся, на что и рассчитывала хитрая еврейка. Правда, Миллавеллор повернул было голову в её сторону, но, столкнувшись с холодным взглядом бывшей военнослужащей, липкий блеск в его глазах мгновенно погас. Тем паче что на голову ему плюхнулась сброшенная девицей ряса… Когда историческая справедливость в одежде была восстановлена, а эльф определился с направлением, они успели пройти по тропинке от силы метров сто, как подъесаул упреждающе поднял руку…

— Смотрите, кто это?

Между стволами деревьев беззвучно скользили строгие фигуры в белых одеяниях.

— Эльфы? Лесные духи? Какие-нибудь озабоченные привидения?

— Таки нет… По-моему, это Белое Братство!

Миллавеллор резко прервал их спор, силой заставив ребят лечь за сухой корягой. Пока Рахиль брала на мушку потенциального врага, Иван насчитал, по меньшей мере, тридцать адептов Дэви-Марии-Христос. Когда последний скрылся из виду, казак задал глупый вопрос:

— Интересно, куда это они посреди ночи?

Рахиль многозначительно переглянулась с эльфом, тот отрицательно покачал головой. Израильтянка встала, поставила «галил» на предохранитель и закинула его за спину, явно готовясь к преследованию. Миллавеллор, наоборот, прижал к груди священный меч, всем видом давая понять, что своё он уже получил и на дальнейшие неприятности нарываться не намерен. Рахиль презрительно фыркнула и даже пнула ногой какой-то безвинный кустик (не просто так, а с намёком!). Остроухий тип предпочёл намёк игнорировать, так как не увидел в нём ответа на живо интересующий его вопрос: «А если меня убьют?» Пока вот так насыщенно продолжался их немой разговор, на казака снизошло ожидаемое озарение:

— Они же идут в монастырь! Их днём оттуда бортанули, когда они искали нас, так теперь они идут ночью полным боевым отрядом! Мы должны успеть предупредить отца Никодима, иначе их просто расстреляют во сне! Этого нельзя допустить, мы обязаны остановить… мы сейчас же… Нет, ну если вы против, я пойду один! Православный казак никому не позволит напасть на мирный монастырь, потому что…

— Ваня, фу! Фу, Ваня! К чему стока сотрясения свежего ночного воздуха? Я и без того вся с вами! Это нудный эльф никуда не хочет…