Рабыня хотела ответить "сражалась до последней капли крови", еще она хотела укусить худую бледную руку, выхватить кинжал из-за пояса минотавра, и вонзить его в грудь тощего. Разумеется, она не сделала ничего этого, да и что бы достать до заветной рукояти, Ий бы пришлось вытянуться в полный рост.

– я бы сдалась, хозяин.
– Тихо, без эмоций, как говорят духи ветра, произнесла лисица.

Слова девушки вызвали у Кремня смех. Тощий прекрасно знал о тайных мыслях своей игрушки, и обожал постоянно доказывать ей, что мечтам о свободе не суждено сбыться никогда, ни в жизни, ни после смерти. Душа рабыни будит, помещена в медальон, к душам других рабов, и будит служить источником силы, для главы рода ее хозяина.

Первые ядра наткнулись на магическую преграду, и бессильно упали к основанию стены. Та же судьба постигла и два следующих залпа, а вот после четвертого раската грохота, два железных шара, создали широкие просеки в рядах лучников. Дальнейшие выстрелы, достигали все большего успеха, забирая жизни людей раньше, чем у тех появлялась возможность защититься.

Маги, защищающие город, пытались атаковать позиции пушек, но тощие, обеспечивающие магическую защиту, легко справлялись и их жалкими потугами.

"послание в республику уже отправлено, скоро прибудет новый флот, новые солдаты, для продолжения завоеваний. С сегодняшней победой, замкнется линия, и весь берег окажется под моим контролем! Целая собственная страна из воинов и рабов!" скосив глаза, Кремень увидел минотавра, заворожено следящего за тем, как ядра уже начали откалывать куски городской стены. Власть приходилось делить с этим кровожадным монстром, годным только для разрушения.

– адмирал, вам не кажется, что первая линия обороны уже не просто прорвана, а уничтожена. Не пора ли начинать захват города?

Вежливый вопрос тощего, вызвал волну раздражения, прокатившуюся по ауре минотавра. Этот народ, так и не научился скрывать сильные эмоции, особенно во время своего любимого развлечения.

– пушки молчать! Пехота, вперед, и пленных не брать!

– адмирал, вам не кажется, что это слишком расточительно?
– Голос Кремня стал настойчивее.

– лорд Кремень, в нашем распоряжении и без того уже много рабов, за которыми нужно постоянно присматривать, кормить их, заботиться о ночлеге. Этот город, последний шанс моих ребят, хорошенько размяться, перед настоящим вторжением. Если вы хотите раздобыть ушастую рабыню, то придется делать это самому, или послать, кого ни будь, из своих дохляков.

Кремень хмыкнул, и, расплывшись в улыбке, обнажившей острые клыки, прошипел:

– думаю, я так и поступлю.

Город пал, и то, что еще происходило на его улицах, можно было считать агонией умирающего.

Солнце село больше часа назад, но зарево от полыхающих домов, давало достаточно света, что бы не упустить выживших. Малые группы минотавров, патрулирующие улицы, добивали раненых, изредка встречая незначительное сопротивление. На этот раз, тощие почти не вмешивались в происходящее, только один раз, выкрали эльфийку, для своего командира, и еще, убили двух упрямых колдунов, не желающих умирать от рук пехотинцев.

– поздравляю адмирал, вы сумели захватить город так, что нам почти не досталось добычи. И ладно бы дело касалось только рабов, но ведь здесь, не осталось ни одного жалкого сарая, что бы забрать оттуда хотя бы ржавые железки, называемые орудиями труда.

– да.
– Минотавр почесал рогатую голову, и виновато посмотрел на Кремня.
– Не доглядел, а ребята разошлись...

Командиры стояли на главной городской площади, как победители, посреди настоящего кошмара. Вокруг собирались солдаты, тощие всеми силами изображали полную непричастность к гибели добычи, а минотавры, похоже, даже гордились содеянным.

– ладно, пусть тьма сожрет этот город. Мы и без того потратили слишком много времени, что бы захватить прибрежную землю. Завтра же, отправимся на запад, и пусть мое наследство отдадут младшей сестре, если следующий город, с лихвой не окупит наши сегодняшние потери.
– Тощий еще раз осмотрел горящие дома, и довольно оскалился. Все-таки, ему нравилось это зрелище.
– Пойдемте, друг мой, не хочу дышать дымом слишком долго.

Эскорт командиров, двинулся по самой широкой улице, каждый метр которой был усеян кровавыми ошметками горожан, погибших от магии. Здесь порезвились тощие, не жалея сил, и так же как и Кремень, упиваясь своим превосходством над жалкими дикарями.

Из переулка, укрывающегося в тени каменного дома, раздался шум битвы, яростные крики, а затем, тишина.

– ха, похоже местные так и не поняли, что...
– Голос минотавра оборвался, так как из темноты, выступил вовсе не его подчиненный, одолевший очередного дикаря.

Дряхлый сутулый старик, одетый в грязные лохмотья, босыми ногами, ступал по камням, залитым кровью. В левой руке он держал меч, убранный в ножны, а правая рука, спокойно покоилась на рукояти. Грязные спутанные волосы, длинная седая борода, спускающаяся до самого живота, шишки и белые пятна на кистях рук, все это характеризовало человека, как обычного бродягу. И только оружие, не вязалось с образом нищего. Золотая рукоять, обмотанная кожаным шнуром, была инкрустирована рубинами и изумрудами.