«Как скажешь».

Пасть распахнулась, она утонула в волне холодного белого света, к которому в итоге приходит чистая радуга.

…Тепло. Пахнет лесом. Ветер шелестит. Какой-то зверь облизывает щеку – язык теплый, шершавый, быстрый.

Дженни открыла глаза. Села.

Походное одеяло на земле, костер с закопченным котелком, удочка у сосны. Рыжий зверь отскочил, обернулся толстым хвостом, сел, поглядывая на нее.

– Лас?!

Зверь переступил лапами.

«Так и будешь смотреть?»

– Лас! – заорала Дженни. – ЛАС! Ты живой!

Она обняла фосса, тот запищал, несмотря на уже немалые размеры, повалился на траву.

– Отъелся! Разжирел! Лапы – во! Усы – о-го-го! А хвостяра-то какой, да вы посмотрите только, какой зверь! Лас, как ты меня нашел?

«Мы переплыли океан. Искали тебя».

– Мы?

«С этим….»

Дженни подняла глаза.

Двое мужчин с интересом разглядывали ее. Людвиг и Арвет.

Дженни секунду помедлила и бросилась к ним – напролом, прыжком через костер, распахнула руки – насколько хватило, чтобы их обнять и не отпускать.

– Арвет! Людвиг! Что вы тут делаете?!

Она смеялась и говорила какую-то чушь, а сама все смотрела на Арвета, и что-то горячее билось в горле, но не находило выхода.

Черные волосы, чуть растрепавшиеся, чуть вьющиеся.

Темные глаза. Изменившиеся глаза, повзрослевшие, переболевшие чем-то глаза.

Четкая линия скул.

Старинный синий пояс, расшитый белой и красной нитью. Нож на поясе. Тонкий браслет-плетенка из сухих трав на загорелом запястье.

Арвет!

Людвиг обнял их длинными руками, закружил по поляне:

– Как давно мы не виделись, Дженни!

– Очень давно! – сказала девушка, когда они уселись возле костра. – Арви, но как ты сюда попал?

– Приплыл, – пожал плечами юноша. – Авалон везде, где есть океан, как говорила Элва.

– Но… – Дженни покусала губы. – Я же написала в письме…

– В этом? – он достал сложенный листок. – У тебя такой плохой почерк, что я ничего не разобрал. Лучше ты сама.

Дженни взяла записку, улыбнулась, уронила ее в костер:

– Да глупости всякие… Но как же так сошлось?! Я хотела вас увидеть, и вот вы…

– Чья это кровь, Дженни? – остановил ее Людвиг.

Девушка опустила глаза. На ярком желтом шелке сарафана расплылись темные бурые пятна. Много пятен.

Дженни закачалась:

– Они убьют его! Он хотел меня защитить, а его убьют!

– Кого?!

– Тадеуша, моего гида. Мы сначала по магазинам пошли, а потом нас позвали в гости к Талосу! А там эти птицы и первые…

– К судье Талосу?! – впервые изумился Людвиг.

– Марко арестовали, а Талос меня не хотел отпускать. Я убежала, а Тадеуш остался. Они его убили, наверное…

– Марко арестовали, ты сбежала из Медного дворца судьи Талоса, а твой друг остался в плену? – спросил Людвиг. – Какой ворох неприятных новостей.

– Пошла по магазинам? Родной дед хотел похитить? – Арвет в замешательстве потер бровь. – Как я вовремя…

Людвиг поднялся, размял плечи. Задумчиво покачал гранитный валун, на который опирался.

– Птицы Талоса с девичьими лицами, быстрые, как молния? Их тела сияют медью, а перья острее стали? Как эта?

Дженни обернулась. Успела увидеть яркую искру высоко в небе, а в следующий миг горячий ветер пополам с искрами обдал ее. Чудовище распахнуло рот и… подавилось, когда туда влетел закопченный чайник Людвига Ланге.

– Пошла вон! – прогремел он.

Птица выплюнула чайник, гримаса ярости исковеркала невинные девичьи черты, она со скрежетом ударила перьями-мечами…

Дженни зажмурилась. Птичий вопль, полный боли, металлический хруст, тишина.

Дженни открыла глаза.

Смятая груда металла корчилась под валуном.

На поляне стоял Страж Магуса Англии. Ясный взор отчетливо показывал Дженни черный доспех, по которому вился мелкий серебряный узор, доспех, оплетающий все тело Людвига, точно вторая кожа. Воздух дрожал над ним.

Арвет посмотрел на зазубренные концы крыльев, которые все еще скребли по земле.

И как у него в руке оказался нож?

– Понимаю, что не время, но все-таки – что это за существо?

– Стимфалида, – сказал Людвиг, щурясь в синее небо. – Я про них только читал. Железное оперение, дистанционные атаки, сверхбыстрые перемещения. Мало магии, много злобы, много силы. Считаются вымирающим видом.

– Обнадеживает.

Страж отряхнул ладони, подошел к сосне – вековой, толще Дженни. Закрыл глаза.