Лицо Элси неожиданно вспыхнуло, и она взволнованно воскликнула:

— Ах, теперь я вспомнила! Я оставила их на каминной полке, папа, и... — Но она тут же замолчала, сожалея о том, что уже так много сказала.

— И что?

— Я думаю, что мне лучше не говорить этого, папа. Я боюсь, что я не должна, потому что на самом деле ничего не знаю, а подозревать людей очень даже нехорошо.

— Ты не должна высказывать никаких подозрений, — ответил отец. — Но я должен знать все факты, которые ты только можешь мне представить. Пока тебя не было, тетушка Хлоя все время была в твоей комнате?

— Нет, сэр, она говорила мне, что была на кухне и ушла сразу же после меня, а возвратилась только после того, как я пришла.

— Хорошо. А кто-нибудь другой заходил в твою комнату, пока тебя не было?

— Я не знаю, папа, но я думаю, что Артур был там, потому что, когда я вернулась домой, я увидела, что он читал книгу, которую я оставила на каминной полке. — Тихо и нехотя ответила она.

— Ага, вот оно что! Теперь я вижу, — воскликнул он понимающим кивком головы. — Теперь все ясно, Элси, беги и быстренько приходи к столу.

Но Элси медлила и в ответ на добрый вопросительный взгляд отца попросила:

— Пожалуйста, папа, не сердись на него сильно. Я думаю, он просто не знал, как я дорожу своей тетрадкой.

— Ты все прощаешь, Элси, но иди, дитя, я не буду оскорблять его, — ответил мистер Динсмор с повелительным жестом, и девочка поспешила из комнаты.

Случилось так, что старший мистер Динсмор со своей женой были в гостях, и на время за старшего остался в доме отец Элси. Узнав об этом, Артур, будучи героем происходящих событий, не на шутку испугался последствий своих проделок, потому что, хотя отец и должен был вернуться к вечеру, мать собиралась задержаться там на несколько дней. Страх его был не без причины, потому что брат не на шутку разгневался и решил, что на этот раз парень расплатится за свои поступки.

Артур был уже в столовой, когда вошел Хорас.

— Артур, — властно сказал он, — на минутку зайди в библиотеку, я хочу тебе что-то сказать.

— Я не хочу это слышать, — пробурчал мальчик, смотря исподлобья.

— То, что ты не хочешь, не меняет положения, — ответил его брат, — сейчас же иди в библиотеку.

С видом явного пренебрежения Артур пробубнил еле слышно:

— Как мне нравится, так и поступаю.

Но, сжавшись под угрожающим взглядом брата, он медленно и неохотно пошел.

— Теперь, сэр, — сказал Хорас, когда они остались одни, и он закрыл дверь, — я бы хотел знать, зачем ты испортил тетрадь Элси?

— Я не портил! — последовал злой ответ.

— Осторожно, сэр, я все знаю, — предупреждающе проговорил мистер Динсмор. — Отрицать это совершенно бесполезно. Вчера, пока Элси не было дома, а тетушка Хлоя была на кухне, ты заходил в комнату, взял ключи от ее стола с каминной полки, где она их положила, вошел в класс и натворил дел, надеясь, что она будет наказана, а потом запер снова стол и положил ключи на прежнее место. Ты думал, что замел все следы и избежал наказания, и я почти выпорол мою бедную, невинную маленькую девочку, а всего этого достоин ты.

Артур, пораженный, смотрел на него.

— Кто тебе сказал? Ведь меня никто не видел? — Затем, поймав себя на словах, он добавил: — Я говорил тебе, что я этого не делал, я ничего об этом не знаю!

— И ты еще решаешься говорить мне ложь снова? — зло воскликнул мастер Динсмор, схватив его за воротник и тряся.

— Отстань от меня, — захныкал виновник, — я хочу есть!

— Сегодня ты обеда не получишь, это я могу тебе сказать, — ответил брат. — Я запру тебя в твоей спальне и ты будешь там до тех пор, пока не приедет отец, и затем, если он тебе не всыплет, что ты заслужил, то это сделаю я. Потому что я решил, что тебе хоть однажды в жизни стоит получить свой «десерт». Я прекрасно понимаю, что все это месть за ту правду, которую Элси вынудили сказать относительно часов. Тогда же я тебя предупредил, что любая попытка обижать моего ребенка получит соответствующее воздаяние.

С этими словами он взял парнишку за руку и вывел из комнаты. Вначале Артур попытался упираться, но потом, видя, что это бесполезно, захныкал и сердито пробормотал:

— Если бы мама была дома, то ты со мной так бы не обращался.

— Однако ее нет, но если бы даже она и была, то, уверяю тебя, в этом случае и она не смогла бы спасти тебя, — открывая дверь спальни, ответил его брат. Втолкнув его туда, он запер дверь, а ключ положил себе в карман.

Мистер Хорас Динсмор имел почти безграничное влияние на своего отца, который им очень гордился. Пожилой джентльмен так же терпеть не мог несправедливости и подлости исподтишка. Узнав от Хораса о проступке Артура, он наказал его строго, как только мог.

Наконец-то для маленькой Элси наступили счастливые дни! Отец обращался с ней с нежнейшей любовью и почти все время держал ее при себе. Казалось, что он не хотел оторвать он нее глаз даже на час. Куда бы он ни ехал, он старался брать ее с собой, гулял ли, шел ли в гости на соседние плантации или просто отдыхал дома.

Он стал замечать ее красоту и приятность характера, больше ласкал и хвалил, но принимая все это, она нисколько не лишилась своей обычной застенчивости, а напротив, была той же кроткой и нежной маленькой девочкой. Она была благодарна за всю доброту, оказанную.ей, и любила бывать с папой в гостях. Но самые счастливые для нее дни были дома, когда они в редких случаях оставались одни, без гостей. Тогда она часами могла сидеть у него на коленях или рядышком, рассказывая что-либо или читая. Иногда он ей читал, и она сидела тихонько со своим вязанием или вышивкой. Он помогал ей со школьными занятиями, сам учил ее ботанике и географии, во время прогулок помогал ей видеть и исправлять ошибки в рисунках. Когда же она играла на пианино, он пел вместе с ней. Отец купил ей массу новых нот и пригласил лучших учителей, чтобы занимались с ней. Короче, он принимал живейшее участие во всех ее занятиях и удовольствиях, всячески потакал ей, при этом изливая нежнейшие ласки. Он очень гордился ее красотой и приятностью, ее сообразительностью и талантами, и ничто не доставляло ему такого удовольствия, как слышать восторженные отклики окружающих.