Но все это работало и вертелось благодаря Рикетти.

Когда бы Карлу ни понадобилась консультация – Лу всегда оказывался рядом. Порой он думал – а может, на самом деле существует не один Лу Рикетти, а трое или четверо. Остальные говорили то же самое.

Только Рикетти знал, как связать воедино три бревна, как скрепить деревянный блок, как поднять и укрепить в яме столб или превратить несколько тонких стволиков и несколько сотен ярдов каната в двойной мост через глубокую речку.

Он додумался велеть Эллегону медленно пережечь в деготь мелкие щепки и веточки, чтобы потом превратить его в креозот и защитить палисад от насекомых и гниения.

Рикетти научил людей связывать столбы по верху изгороди влажной кожей так, что, когда она высыхала и сжималась, столбы накрепко притягивались друг к другу, делаясь из отдельных бревен единой стеной.

Более того – он знал, как организовать работу, чтобы не возникало простоев. Карл, Уолтер и Ахира всегда знали точно, сколько ям им рыть – без опасности свалиться в незанятую или получить неожиданный и ненужный перерыв из-за нехватки столбов.

И наконец, Рикетти был на своем месте; Карл только посмеивался, глядя, какой важной сделалась его походка.

Звуки и запахи смерти были где-то немыслимо далеко; время неслось быстро, заполненное сладковатым ароматом и несмываемой липкостью свежесрубленных сосен, запахом пота и глубоким сном после тяжелого трудового дня.

Ночь была ясной. Рядом тихонько лежала Энди-Энди. Карл смотрел в звездный купол.

Чуть ниже по склону, на полдороге между ними и палисадом, комочком свернулась в одеялах наконец-то заснувшая Эйя. Ночь выдалась плохой: девочке снились кошмары, она металась и плакала.

Если здесь есть ад, Ормист, ты наверняка там.

— Энди! – прошептал он.

– Да?

Он улыбнулся. Она тоже не спала.

– Я должен уйти – на время.

Какое-то время она дышала сквозь зубы, потом перевернулась на бок, лицом к Карлу. Нежно коснулась его лба тонкими пальцами.

– Я знаю. Тебя тревожит Пандатавэй.

– Не тревожит – пугает. Если я останусь тут слишком надолго, то подставлю не только себя. – Он погладил ее чуть округлившийся живот. – Речь не обо мне одном.

– Еще и о Карле-младшем?

– Даже если это и будет мальчик, не надо называть его в мою честь. С такой красивой матерью, как ты, у него и так будут проблемы с эдиповым комплексом, так что ни к чему нарекать его вдобавок моим именем. Кроме того, возможно, это девочка.

– Это будет мальчик, Карл. – Лицо ее стало загадочным. – Женщины знают такие вещи.

– Вот чушь! – Он фыркнул. – Я думал, мы достаточно хорошо знаем друг друга, чтобы не говорить подобной чепухи.

– Мы действительно знаем это. – Она повела плечами. – И ошибаемся примерно в половине случаев.

– Занятно. Очень. Но ты уходишь от темы. Пытаешься, во всяком случае.

– Я толстею, правда? Вот ты и собрался сбежать и найти какую-нибудь красотку лет семнадцати…

– Не надо. – Он приложил палец к ее губам. – Никогда. Даже в шутку. Пожалуйста.

Долгое молчание.

– Сколько тебя не будет?

– Точно не знаю. Месяцев шесть самое меньшее. Может, год.

– Когда ты уходишь? – Голос был едва слышен.

Чем скорее, тем лучше.

– Думаю, через день-два. Собираться ведь мне недолго. Не знаю, заметила ли ты, но Чак уже землю роет.

– Ты тоже.

Она была настолько права, что он не мог позволить себе согласиться.

– Нет, тут не то. Но этот отпуск слишком затянулся. Пора возвращаться на работу.

Она перекатилась на спину и, закинув руки за голову, уставилась в небо.

– Убивать людей. Хорошая работа.

– Убивать торговцев людьми. Или, если быть совсем точным, моя работа – уничтожать работорговцев. Но дело не в словах, Андреа. Ты же знаешь.

Умоляю, Энди, не позволяй крови разделить нас. Пожалуйста!

Она глубоко вздохнула и закрыла глаза – и так долго лежала тихо, что Карл начал думать, уж не заснула ли она снова.

– Кого ты берешь с собой?

– Ну, во-первых – Чака. Он – в отличие от большинства из нас – обошел почти весь Эрен и к тому же очень ловок с мечом. – А кроме того, никого, кроме меня, он не послушает и ничьих больше приказов выполнять не станет. Я не оставлю тут бомбу замедленного действия. – Я бы взял и Эллегона, но слишком уж он заметный. – И потом, он самое смертоносное создание из всех, кого я знаю. Он останется здесь – приглядывать за моей женой и нерожденным ребенком.