Шрифт:
Выпустив ее пальцы, он поздоровался с леди Сесили и мисс Тиббс.
— А это капитан Лодердейл, — представила офицера Розамунда, подтверждая подозрения Гриффина.
Ее голос звучал ровно и бесстрастно, без каких-либо эмоций. Такой тон красноречивее любых слов говорил о ее равнодушии к капитану.
Лодердейл повернулся к Гриффину, и тут впервые как следует разглядел лицо своего мнимого соперника.
Черт. Если нужно было подтверждение тех серьезных различий между ним и его будущей женой, то наглядным воплощением этого служил офицер в своем ярко-красном мундире. Лодердейл выглядел как прекрасный сказочный принц. Разве могло такое страшилище, как он, состязаться с этим красавцем?
Ну что ж, он все вынесет и стерпит, ведь он дал слово. Но как только все закончится и Розамунда станет его женой, ей придется выбросить из головы свои глупые намерения изменить его, сделать таким, каким он никогда не был.
Несмотря на улыбку, глаза Лодердейла светились мрачно и жестко.
— Очень рад с вами познакомиться... наконец-то.
В последних словах прозвучала неприкрытая насмешка, но Гриффину было все равно.
— Я слышал, что ваша часть расквартирована в Брюсселе?
— Да, вскоре я направляюсь туда. — Лодердейл посмотрел на Розамунду. — Кажется, скоро весь свет переберется на континент. Леди Розамунда, попросите герцога взять вас с собой.
— Не понимаю, зачем это нужно, — ответила Розамунда. — Зачем доставлять ему лишние неудобства?
— О, я так не думаю, — вмешалась Сесили, кокетливо улыбаясь. — Мне кажется, что нам надо по мере своих сил поддержать боевой дух в наших солдатах. Кроме того, эта поездка будет сродни небольшому приключению, не правда ли?
Мисс Тиббс резонно заметила:
— Леди Сесили, вы так думаете, потому что еще не уехали. Но едва окажетесь в Брюсселе, он сразу вам покажется таким же скучным, как Лондон.
— Розамунда не едет в Брюссель, — брякнул Гриффин.
Брови капитана весело взлетели вверх, губы скривились от плохо скрываемой усмешки, он словно хотел сказать: «Неужели вы не видите, за кого выходите замуж? За неотесанного мужлана!»
Однако она держалась невозмутимо, словно не заметив бестактности Гриффина.
— Капитан, неужели вы не слышали, что лорд Трегарт и леди Розамунда скоро обвенчаются? Все мы безмерно рады этому событию, — подчеркнуто вежливо произнесла мисс Тиббс.
— Да, разумеется, слышал, — ответил Лодердейл, снова обращаясь к Розамунде. — Леди Розамунда сообщила мне эту новость вчера ночью, мадам. Можно я одним из первых поздравлю вас и пожелаю вам обоим счастья?
Лицо Розамунды окаменело. С трудом разомкнув губы, она коротко ответила:
— Благодарю вас.
Переведя взгляд на Гриффина, она тепло и радостно улыбнулась.
— Я уверена, что мы будем счастливы, — весело произнесла Розамунда. — Очень счастливы.
— Розамунда, милая, ваше мороженое тает, — заметила мисс Тиббс.
Посмотрев вниз и оценив своевременность замечания компаньонки, она торопливо и вместе с тем деликатно лизнула несколько раз мороженое в ложечке, а затем облизнула испачканные губы, — все получилось очень соблазнительно.
У Гриффина от вида этих очаровательных мягких губ и провокационного движения языка перехватило дыхание. Ему захотелось осыпать ее поцелуями. Разыгравшееся воображение увлекло его еще дальше, он представил, как ее язык ласкает его губы, затем ее губы скользят ниже и целуют, целуют его шею, грудь...
Вдруг с губ Лодердейла слетели слова, более похожие на тихий стон:
— Какой же вы счастливец, Трегарт.
«Да, — мысленно согласился Гриффин. — Я счастливец». И тут же нахмурился. Судя по всему, воображение Лодердейла действовало в том же направлении, что и его собственное.
Розамунда подняла глаза на Гриффина, и ее ресницы затрепетали, словно крылья бабочки. Их взгляды встретились, и по глазам она догадалась о той страсти, которая охватила его. Она невольно смутилась и покраснела, причем так очаровательно, что Гриффину захотелось обнять ее и прижать к сердцу.
Голос Лодердейла слегка дрожал от скрываемого волнения:
— Какой позор, Трегарт! Вы столько лет не обращали внимания наледи Розамунду. Ведь какой-нибудь горячий молодой кавалер за это время мог бы отбить ее у вас.
Глава 9
Розамунда едва удержалась, чтобы не сбить головной убор с головы Лодердейла и не вывалить мороженое ему на голову. Только привитые с детства понятия о приличиях и многолетнее пребывание в высшем свете помогли ей удержаться от столь опрометчивого поступка.