– Я собаку похоронил. Кровь у крыльца видела? Убили, сволочи. Подонки! Скоты! – он припечатал кулаком по столу. – Она же добрая была. Голодная всегда. Ее же никто не любил. А я любил… Погодкин, сука!

Плавающий свет фар. Резкий скрип тормозов. Уверенное:

– Здесь она, Босой! Мне администраторша из гостиницы точно его описала. Ща голубки отворкуют!

– Саша, нас убьют!

– Опостылело все…

– Бежим. Бежим! У меня машина за оврагом.

Алина схватила Хабарова за руку и потащила к окну, выходившему в сад.

Хабаров вел машину агрессивно, испытывая почти физическое наслаждение. Он проскочил окраину и через секунды уже несся по ночному шоссе. Впереди была утонувшая в ночи дорога. Вершины дальних сопок едва выделялись на фоне черно-звездного неба – их освещали первые робкие лучи восходящего где-то далеко-далеко за океаном солнца.

Он постарался окончательно освободиться от захлестнувшего его совсем недавно чувства апатии и безразличия. Ставкой в этих жестоких взрослых играх, куда он неожиданно, благодаря Алине, влез, была жизнь. Чудес быть не могло. Ему нужно было выиграть, обязательно. Иначе вся затея теряла смысл.

В какой-то момент Хабаров заметил, что позади, на самой окраине поселка, мигнул и пропал свет фар.

– Какого черта я поперся во Владик?! Я – пьяный, а ты, овца, куда смотрела?!

– Найди, куда свернуть!

– Здесь, дорогая, можно найти только приключений на задницу. Берег и сопки. Свернуть некуда.

– Саша, но они же за нами едут! Фары видишь?

– Возможно, впереди нас ждет их кордон.

Хабаров стал тщательно всматриваться вперед, стараясь вовремя заметить, не пропустить какой-нибудь поворот на лесную дорогу, где его шансы потеряться, уйти от погони были бы много выше.

Но уж если мы лишены благосклонности судьбы, то это, чаще всего, всерьез и надолго. Всегда, в любой авантюре (а что их затея – авантюра чистейшей воды, Хабаров нисколько не сомневался), существует такая вещь, которую нам, смертным, предугадать просто не дано. Это удача. На нее можно надеяться, уповать, но улыбнется она нам в этот раз или нет, предугадать нельзя. Хабаров мог поспорить, что сейчас расклад «пятьдесят на пятьдесят», и ни за один исход не поручился бы и сам Господь.

– Отлично! Просто как по заказу! – воскликнул он, заметив, что боковое зеркало надежно поймало и удерживает все приближающийся свет фар, а впереди замаячили габариты неподвижно стоящей на их полосе машины. – Черт бы побрал эти приморские дороги!

Шоссе петляло между сопок, зажатое ими в тиски. Уйти с него не было никакой возможности. Выбора не было. Хабаров вжал в пол педаль газа.

– Возьмем сейчас! Делов-то! – в азарте погони крикнул Босой и передернул затвор пистолета «ТТ».

– Босой, не стрелять! Никому не стрелять! – крикнул Глеб Петров.

– Это ты у себя в кабинете, красноперый, командуй! – возразил Босой. – А здесь я приказы отдавать буду. Не умеете вы, легавые, эмоции при себе держать. Прямо как бабы! Только наличкой шелестеть умеете, на халяву.

– Предъявляешь?!

Босой взял участкового за воротник, резко дернул на себя.

– Еще мявкнешь, я те без предьявы урою. Понял?!

Он отпихнул Петрова, и тот сразу присмирел.

– Дима, кончай эти гонки! Давай, притри его к обочине.

Босой торопливо пробежал по кнопкам мобильного телефона.

– Борисик? Он сейчас у тебя будет. С бабой. Встречай! Я следом.

Белая «шестерка» услужливо подставила свой бок. Автоматная очередь полоснула в лобовое стекло.

– Пригнись! – успел крикнуть Хабаров, рванув Алину вниз, на сиденье.

Таран. Скрип металла о металл. Вираж. Еще. И скорость!

– Перебирайся назад! – потребовал Хабаров, одновременно сбивая кулаком мешавшие обзору остатки стекла. – Сейчас будет поворот. За поворотом приторможу. Прыгай и уходи в лес. В лес! Ты поняла?! У тебя будет несколько секунд. Иначе они тебя заметят.

– А ты?

– Я следом. Я найду тебя. Готова?

Алина приоткрыла дверцу, прижала сумку к себе. Хабаров чуть уменьшил скорость, притер машину к левой обочине.

– Давай!

В зеркале снова замаячил «хвост». Он старательно приближался, сократив расстояние метров до ста.

Хабаров зло усмехнулся.

В предрассветных сумерках он не увидел моста. Глаз зацепил синий с белой надписью указатель «Река Молога».

«Здесь! – сказал он себе и чуть притормозил. – С Богом!»

Точно в замедленной съемке, в мельчайших деталях, преследователи видели, как сорвавшийся с перекрытий недостроенного моста джип летел вниз, освещая фарами неспокойную водную гладь. Следом падали обломки деревянного парапета. Глухой всплеск, шелест опадающих брызг, бурлящий звук затопляемого салона. Немая сцена.