Лэйни практически не помнила обратную дорогу.

У нее сохранились лишь смутные воспоминания о том, как отец помог ей подняться наверх в спальню. Он достал ночную сорочку из комода и деликатно отвернулся. Задернул плотные шторы, ожидая, пока дочь соберется с силами, чтобы снять через голову одежду.

Кэппи разобрал постель и закутал ее в одеяло, как делал каждый вечер много лет назад, когда дочь подрастала. Убаюканная отцовской лаской, Лэйни закрыла глаза и погрузилась в глубокий крепкий сон.

Когда она проснулась, в комнате по-прежнему было темно. Однако девушка чувствовала, что проспала достаточно долго. Она повернулась на другой бок, наслаждаясь приятной истомой.

Мэт сидел в кресле-качалке в углу спальни с закрытыми глазами. Он переоделся в новые джинсы и хлопчатобумажную рубашку в голубую клетку.

Видимо, услышав, как Лэйни зашевелилась, Вилборн приподнял веки и посмотрел на нее.

— Добрый день. Рад, что ты вернулась к жизни.

— Который час? — пробормотала Лэйни, протирая слипающиеся веки.

— Начало пятого. Я имею в виду день.

— Что слышно из больницы?

— Утром мы с Кэппи забрали Дэвида. Врачи перевели Индию в обычную палату. Она очнулась, и вместе с сознанием к ней возвратилось обычное настроение.

Лэйни опустила глаза, поправила легкое одеяло, укрывавшее ноги.

— Значит, она по-прежнему ненавидит меня и считает, что я во всем виновата. Впрочем, не имеет значения.

Мэт поднялся на ноги и, быстро подойдя к кровати, сел рядом. Приподняв подбородок Лэйни кончиками пальцев, он внимательно посмотрел в золотистые глаза.

— А для меня важно. — Он отвел с ее щеки мягкую прядь волос. — Лэйни, скажи честно, что ты собиралась делать, когда приехала сюда?

Девушка удивилась:

— Т-ты о чем?

Пристальный взгляд голубых глаз, казалось, проникал в ее душу.

— Почему ты с самого начала не рассказала о своем брате?

Лэйни в волнении теребила широкие складки ситцевого пододеяльника.

— Я… у меня не было четкого плана. Я очень разозлилась на Челси. Она постоянно обманывала Дэнни. А потом рыдала, клялась, что их жизнь и она сама изменятся. И бедный братец верил ей.

— Любовь заставляет нас делать и более глупые вещи, — заметил Мэт.

— Он поступил на офицерские командные курсы. И слезы Челси не изменили его решения. Она звонила Кэппи, мне, плакала, ругалась, обвиняя нас в том, что мы убедили Дэнни бросить ее. В конце концов она просто исчезла, и мы никогда не слышали о ней. До того дня, как пришло письмо от Дэнни…

Держа девушку за руки, Мэт ловил каждое слово.

— Так, значит, ты намеревалась отомстить за брата?

Лэйни нахмурилась.

— Не думаю, что твое утверждение правильное. Дэнни не сомневался, что усыновление незаконно, потому что он сам не подписывал никаких документов. — Она пожала плечами. — Кто знает? Возможно, он прав.

Мэт покачал головой и резко остановился, прижав ладонь к забинтованному виску.

— Имя твоего брата не указано в свидетельстве о рождении. Его согласия на усыновление не требовалось. Так что Дэвид, согласно закону, стал членом нашей семьи.

Лэйни слабо кивнула.

— Когда я узнала правду, то почувствовала обиду за всех нас. И особенно за Дэнни.

— Понимаю. Так ты приехала, чтобы… забрать Дэвида?

— Честно сказать, я думала об этом. То есть о судебном процессе. Однако я не пыталась похитить мальчика. На самом деле я очень смутно представляла, как лучше поступить. Позаботиться о племяннике лично или просто убедиться, что он растет в любящей семье.

Мэт задумчиво кивнул.

Как завороженный, он слушал запутанную историю, ожидая, что девушка начнет извиняться, оправдываться, приводить разумные доводы. А Лэйни откровенно рассказала о своих чувствах и сомнениях.

Мэт ощутил, насколько ей больно. Она такая беззащитная. Легкоранимая. Однажды он вынес неверный вердикт. Не следует повторять ошибок.

Мэт наклонился и слегка прикоснулся к ней губами. Запустив пальцы в густые темно-рыжие волосы, притянул Лэйни к себе и поцеловал. Нежно. Настойчиво. Наконец, оторвавшись, слегка погладил ее щеки кончиками пальцев.

— И тогда ты обратила внимание на меня…

Лэйни улыбнулась и покачала головой.

— Нет. Я не хотела обманывать тебя. Если бы я написала тебе письмо, попросила рассказать о Дэвиде… — Она прикусила губу, задыхаясь от горьких слез, обжигающих горло.