— Неужели не понятно, что козел отпущения им всем нужен сегодня, сейчас, иначе не снять нервной перегрузки…

Ширин нежно поцеловала его. Через секунду она уже горячо шептала ему на ухо:

— Я знаю, ты хочешь мальчика. Но у нас с тобой будет девочка. Спокойнее… Не хочу, чтобы появился еще один такой же безрассудный, хватит с меня одного тебя. Лучше дочка. Старшие братья у нее уже есть, в обиду никому не дадут. Почему ты молчишь? Не согласен? — Она снова поцеловала Олима. — Конечно, согласен!.. Переедешь к нам, мама о тебе уже знает… Только бы выбраться отсюда!

Олим горячо обнял ее, прижал к себе, поцеловал.

— Завтра нас найдут!.. Эх, если бы эта пропасть была хоть чуть-чуть поуже…

…Рассвет над горами едва забрезжил, когда Олим осторожно выбрался из спального мешка, стараясь не разбудить Ширин. Он расстегнул свой вещевой мешок, вытащил плотный моток альпинистского троса, ледоруб и решительно зашагал по направлению к пропасти…

С вертолета царство заснеженных гор выглядело бескрайним. Белизна вершин после стольких дней пурги так слепила, что даже сквозь темные очки пилотам и Сангину было трудно хоть что-нибудь разглядеть.

— Сначала пройдем это ущелье, — крикнула Малика.

Вертолет снизился. Сангин схватился за висевший на груди бинокль.

Снежные склоны и выступавшие темные глыбы скал плясали в объективе, и прежде чем Сангин увидел следы недавнего снежного обвала, Малика и второй пилот почти одновременно выкрикнули:

— Обвал!.. Ущелье перекрыто!

— Дальше лететь нет смысла, туда пройти никто не мог.

Вдруг в объективе бинокля возникли темные фигурки. Сангин метнулся к бортовому иллюминатору: отсюда было видней…

По крутому, почти отвесному склону карабкалось несколько человек.

— Это солдаты! — крикнул Сангин,

Люди на склоне остановились и стали махать вертолету, указывая в глубь ущелья.

— Значит, идут по следу… Летим дальше! — приняла решение Малика.

Вертолет приближался то к одному склону, то к другому, стараясь не пропустить нн одной складки, ни одной впадины.

— Смотри вперед! — вдруг скомандовала Малика едва удержавшемуся на ногах Сангину — вертолет стал резко снижаться.

Сангин тут же увидел людей, скучившихся у самого края глубокой черной расщелины. Появление вертолета почему-то не вызвало у них никакого ответного движения.

— Сядем? — напряженно спросил Сангин. Малика только мельком взглянула па него:

— Попробуем…

Только теперь, когда машина зависла над головами сидевших на снегу людей, один из них поднялся и вяло помахал рукой.

— Почему не садимся? — уже сам догадываясь о причине, все-таки спросил Сангин.

— Не видишь? Некуда! — ответил за нее пилот. — Даже близко к ним не подлетишь. Сесть сможем только на той стороне пропасти.

— Самим им туда не перебраться. Вадим с солдатами будет здесь только к вечеру. Переведут, а утром снимем их двумя машинами, — сказала Малика.

— А почему их не восемь? Где еще один? — растерянно спросил Сангин.

Все трое пересчитали людей на снегу и вопросительно переглянулись.

Сангин заметался по салону.

— Пиши! — Не оглядываясь, Малика протянула ему планшет с блокнотом. — Пиши: «Кого нет среди вас? Вытопчите имя на снегу. За вами идет спасательная группа капитана Соколова. Они переправят вас через пропасть». Теперь вложи в рюкзак с провизией.

Сангин, торопливо набросав записку, кинулся выполнять приказ Малики. Потом он рывком открыл дверь и с силой выпихнул тяжелый мешок.

С вертолета было видно, как двое, по-видимому, самые молодые, подтаскивали тяжелый мешок.

Сангин в бинокль все пытался разглядеть, кого не хватает. Но в объектив были видны лишь затылки и спины склонившихся над мешком людей. Затем разошлись по снежной целине, вытаптывая в ее ослепительной белизне буквы. Вот явственно проступила «О», потом «Л», «И», «М»…

— Куда он мог деться? — требовательно спросил Сангин, будто Малика могла это знать.

А внизу люди так и стояли у вытоптанных букв. Мешок с провизией сиротливо лежал в стороне.

— Сейчас узнаем, — вздохнула Малика. — Пиши: «Если Олим ушел искать дорогу, ложитесь на снег… Если он покинул вас раньше, станьте в круг… Если случилось… несчастье, станьте в одну линейку… Каждые полчаса тремя ракетами обозначайте свое местонахождение».

Сангин написал и вырвал листок из блокнота. Второй пилот вложил записку и ракетницу в ящик, где был запас ракет, помог подтащить его к двери и сбросить вниз…